В дверь тихо постучали. Это была Света. С тех пор, как Морок нашёл в парочке новое развлечение, он совсем перестал обращать внимание на свою помощницу, будто позабыв свои слова про верность, про то, что они — одно целое...
Однако Светлана слишком любила его, чтобы противиться, и ловила редкие взгляды, шёпот и прикосновения, которые доставались ей чисто от скуки её возлюбленного начальника.
Света прожигала дыру в бывшей подруге, наблюдала за тем, как Анна лениво надевает платье. Сейчас струящаяся ткань плотно облегала её широкую талию, волосы были распущены и позволяли хоть немного прикрыть нескромный вырез.
— Почему ты? Ты даже ему не нужна, — прошипела Света. В глазах её собирались слёзы. Аня даже как-то ожила, всматриваясь в родные черты лица.
— Что, прости? — захлопала она ресницами.
— Что слышала. Почему он постоянно с тобой? Вы ужинаете вдвоём, болтаете... Ещё и эта рыба…
— Ты что несёшь, Света?! — взвизгнула Анна. — Ты разве не видишь, что творит этот монстр? Очнись! Он издевается над нами, мучает... Исайа не виноват, что его заперли в этом аквариуме! Светочка, родная, ну очнись же, ты же его не любишь на самом деле, он навязал тебе свою волю...
— Заткнись! — рыкнула Света.
— Да он тоже не человек, глупая! Если тебе Исайа противен, то он будет тоже! — крикнула Аня, бросилась к подруге и схватила ту за полы пиджака.
— Закрой пасть! — Света с размаху ударила подругу по лицу. Не удержавшись, Аня упала на пол, больно ударившись о керамогранитные плиты пола.
Золотая пелена на мгновение упала с глаз Светы, возвращая её — ту самую, что так беспокоилась о подруге и её сыне. Светочку, улыбчивую, дарящую уют и заботу. Света бросила взволнованный взгляд на Аню, которая приложила руку к щеке, не решаясь поднять взгляд. Навязчивый голос снова занял мысли Светы, и она убежала прочь.
Ане ничего не оставалось, кроме как молча встать и выйти в коридор, где её уже ждал Марк Валентинович во всей красе — расслабленно расположившийся на белом диване, держащий бокал с вином. Ленивый взгляд в сторону гостьи и неизменная коварная улыбка, от которой хотелось отвести взгляд. Но Аня смотрела с вызовом — ведь это всё, что ей оставалось. Мучимая бессилием, она могла убивать его лишь мысленно. В том, что он морской житель, Аня не сомневалась: кем ему ещё быть?
Анна бросила тоскливый взгляд на аквариум. Исайа припал к стеклу, во все глаза глядя на возлюбленную, которой противно было стоять здесь в этом длинном полупрозрачном платье, усыпанном стразами, с глубоким вырезом, доходившим до середины груди. Одно неловкое движение — и грудь могла выпасть. Аня понимала, что это совсем не её фасон. Не с её типом фигуры и уж тем более формой груди надевать такое. Поэтому Анна робко держала руки перед собой, стараясь скрыться от чужих глаз — и Морока, и Исайи. Хозяин дома подошёл к женщине и протянул ей бокал вина. Аня, не задумываясь, взяла его и сделала глоток.
— А ты стала послушнее, — прошептал мучитель.
Аня промолчала.
— Молчи. Ты, наверное, голодна. — Морок отошёл в сторону, и Аня только сейчас заметила накрытый стол и стоящую неподалёку Свету, обряженную как официантка.
Это было отвратительно. Аня пыталась проглотить комок в горле. Она вынуждена была сесть за стол, рука её инстинктивно опустилась на нож.
— Ещё не устала? Света, если эта дурочка сделает мне что-то, ты же убьёшь себя, правда? — улыбнулся Морок, привычно проведя пятернёй по волосам.
Света улыбнулась и кивнула.
— Видишь? Ей вот не всё равно. Да, моя хорошая? — небрежно бросил Морок в сторону Светы.
Тяжело дыша, Аня опустила нож. Она посмотрела в сторону, вновь, как и всегда, пересекаясь взглядом с маленьким мальчиком, который жался в углу. Потом на Исайю, который был беспомощен и способен лишь неотрывно смотреть на неё. На Свету, которая стояла и улыбалась. В какой-то момент Аня задумалась: какие у неё есть способы выбраться? Она продумывала пути отступления. Провокация Светы лишь подтолкнёт Морока с ней расправиться. Самой напасть тихо — пробовала, бесполезно. Убить себя — нет, это исключено.
Однако была надежда — мизерная, почти призрачная. Во всей истории была одна деталь... Чёртов кулон. Золотая раковина на груди у мужчины. Она — источник его силы. Именно эта вещь питала его. Нужно было добраться до этой вещицы, сделать с ней что-нибудь. Может быть, весь этот дурман развеется? Он явит свой облик? А у неё будет шанс вырваться... Света, может, тоже перестанет ему прислуживать и поймёт, что он совершенно не тот, за кого себя выдаёт.