— Ты затихла. О чём думаешь? — улыбнулся монстр. — Отвечай!
— Да так, просто размышляю о прошлом, настоящем, будущем, — рассеянно ответила женщина.
— Да? Интересно. А я вот всё размышлял. — Марк встал с места, взглядом указал на диван. — Исайа. Только ли дело в том что ты ему помогла? Я даже рад тому, что он выжил — иначе я не смог бы как следует насладиться вашими страданиями. И всё же... Ты кого-то потеряла, я прав?
Аня остолбенела, сжав полы платья.
— Да, никто не будет о ком-то заботиться просто так, только если не испытывает чувство стыда или не мучается совестью. Не нервничай, выпей ещё вина. Кого потеряла? Отец? Нет… Возлюбленный? Нет, не попал… Ребёнок?
Аня вздрогнула.
— Ребёнок? — повторил Морок и откинулся на диване. — Мать, которая потеряла своё дитя... Это удручает. А тут… Кто-то, кто так нуждается в помощи.
Всё это время Аня хотела провалиться сквозь землю. Сын, который всё время сидел в углу, сейчас будто бы обретал форму. Наверное, сейчас к нему можно было бы прикоснуться. Однако Аня понимала, что всё это обман и игры её больного разума.
— Куда ты смотришь? Ты же видишь его, я прав? Он преследует тебя. — Морок схватил Аню за голову и повернул её в сторону русала, который осел на дно аквариума, но всё так же неотрывно прижимался к стеклу. — Кто для тебя этот тритон? Может быть, он не твой возлюбленный, а потерянный сын?
Глаза Ани расширились, а по щекам потекли слёзы отчаяния. Женщина смотрела на Исайю так, словно ждала от него ответа на этот вопрос. Неужели она правда всё это время не просто влюблялась в мужчину, но искала замену своему дитя?
Исайа изменился на глазах, словно что-то в нём надорвалось. Тритон всплыл и резко ударил хвостом по решётке, затем по стеклу. Он вновь прижал ладони к прозрачной поверхности и замотал головой. Он кричал, но до Анны долетали лишь какие-то глухие звуки. Аня совершенно не понимала, что ей пытаются сказать, дрожа в объятиях их личного тюремщика.
— Перевести? Ты же не слышишь его — насмехался мститель.
Аня сжала зубы до боли в челюсти и зажмурилась.
— Анечка, не слушай его! — завёл мужчина.
Он повалил женщину на диван, мир перевернулся. Даже Света напряглась всем телом, не пытаясь помешать.
Марк провел кончиками пальцев по контуру её лица. Его руки спустились ниже, ближе к вырезу платья. Он слышал, как принц бился о стекло, словно насекомое, пытающееся вылететь из банки. Аня не знала, куда смотреть, что делать. Морок припал губами к бьющейся жилке на её шее. Анна слабо упёрлась ладонями в грудь мужчины, желая отодвинуть его, отстраниться... но золотое сияние лишало её воли, отнимая разум. Она смотрела в сторону любимого, пока татуированные руки лезли ей под юбку. Анна всхлипнула, а Света, неспособная выдержать этого зрелища, выбежала из комнаты, глотая слёзы обиды.
Аня приоткрыла губы, чтобы взмолиться о пощаде. Она так устала бороться... Может быть, стоит просто отдаться, оставить попытки пробиться через колдовское воздействие?
Длинный палец провёл по её половым губам. Аня не сдержала стона. Но из объятий дурмана её вырвала кроваво-красная дымка, распространяющаяся в воде.
Исайа острыми зубами вцепился в свою ладонь и начал рвать кожу, выгрызая куски плоти. Анна вскрикнула, и Морок отвлёкся от своего занятия, обратив наконец внимание на другого пленника. Его глаза расширились от удивления. А Исайа продолжал смотреть на мучителя, как бы говоря:
«Я убью тебя, тварь. Убью!».
Ещё рывок — и на ладони русала уже зияла рана. Спустя пару минут тритона уже не было видно в алой дымке, но изнутри в стекло с громким стуком врезалась ладонь, размазывая кровь.
— Серьёзно? Ты настолько ополоумел? — усмехнулся Морок.
Аня скатилась с дивана, отползла на безопасное расстояние от своего мучителя, вытаращила глаза на израненную ладонь возлюбленного, и, когда смысл происходящего достиг её разума, женщина не выдержала и закричала.
— Зачем ты это сделал?! Исайа! Исайа! Я не слышу тебя! — Аня вскочила и бросилась к аквариуму, обняла его двумя руками... Глаза её наполнились слезами. Через кровавую дымку она едва различала родное лицо.
За её спиной кто-то зацокал языком. Но ей было плевать на Морока. Ведь любимый посвятил всю свою жизнь ей и только ей. Он не сын, не брат, вообще не родственник. Он — мужчина, которого она любила и ради которого всё ещё жила. Женщина поискала взглядом какой-нибудь предмет. Она не понимала, зачем ей это, но почему-то поиск стал для неё критически важным. Аня бросилась к столу, схватила нож... но сделать ничего не успела. Морок быстро оказался рядом с ней. Прошептав что-то женщине на ухо, он отобрал нож, и Аня отключилась, не успев совершить задуманное.