На следующей неделе состоялась их первая встреча и по совместительству первый в жизни визит Андрея к психотерапевту. Романтических представлений по поводу того, как именно этот визит должен был состояться у мужчины не было, тем не менее к концу сорока пятиминутной беседы он понял, что чувствует легкое разочарование. Отчего-то он ожидал увидеть чуть большую заинтересованность со стороны врача, сострадание, возможно, убеждения в том, что все нормальные люди проходят через подобные ситуации. На самом же деле Иосиф Давыдович слушал очень внимательно, но как бы чуть отстраненно, задавал дополнительные вопросы, но без какого-либо дружеского участия. В конце сессии И.Д. объявил, что ему понадобится провести как минимум еще две встречи, чтобы вывести стратегию лечения. Он использовал именно слово «лечение», что немного удивило Андрея. Мужчина ожидал более сглаженной версии, чего-то навроде «корректировки поведения» или «экологичного выхода из его ситуации». В конце концов, Андрей счел такую формулировку приемлемой для использования настоящим врачом, а не героем сериала для зумеров.
Несмотря на смазанное первое впечатление и внушительную стоимость каждого сеанса, Андрей обнаружил, что ждет новых встреч с надежным спокойствием, какое ощущаешь на ежедекадной ревакцинации – знаешь, что тебе предстоит неприятная процедура, но согласен потерпеть ради своего же блага. В итоге, Андрей посетил И.Д. семь раз из среднестатистических десяти, которых хватает большинству людей для преодоления пика критической ситуации, которая привела их к психотерапевту. В том, что курс терапии завершился так внезапно не было вины самого Андрея, хоть он и грешил тем, что часто бросал свои новые начинания в середине пути. Проблемой стал сам И.Д., а точнее его неожиданная женитьба на норвежке и экстренная эмиграция в Осло. И.Д. предлагал продолжить встречи по видеосвязи, но Андрей отказался. О предложении мужчина вспомнил лишь по прошествии двух лет с последнего сеанса, когда осознал, что снова оказался ровно в том же душевном состоянии, как и на первом визите. Тогда он договорился с И.Д. о возобновлении терапии, но после первого же звонка понял, что в этот раз так легко отделаться от своего недуга у него не получится. У мужчины как будто бы появилось ощущение, что его организм выработал резистентность то ли к психотерапии вообще, то ли к И.Д. конкретно. В конце концов, Адрей смирился, принял свое состояние как перманентное и постепенно научился сосуществовать с ним, функционируя при этом как вполне здоровый человек.
Глава 2
В то утро субботы Андрей собрался на свою привычную прогулку, основной, но не единственной целью которой было пройти десять тысяч шагов, чтобы снизить вероятность раннего инфаркта. Слова начинающиеся на «ин» в принципе всегда казались ему весьма неприятными: «инкогнито», «инфракрасный», «интим», прости господи, «ингаляция»!
В дорогу двумя днями ранее он заблаговременно купил четыре небольших мандарина, пакетик соленого попкорна, бутылку минеральной воды, шоколадный батончик с содержанием какао не менее 80%, пачку прошутто, сыр пармезан (если быть точнее, плохую имитацию оного), салат айсберг, помидоры черри желтые и тюбик горчицы. Соорудив себе пару сэндвичей, Андрей сложил всю снедь в льняную авоську, туда же кинул и увесистый экземпляр «Норвежского леса» и спустился на первый этаж. Соседка, седовласая женщина лет восьмидесяти, живущая этажом ниже, в это время сосредоточенно перебирала содержимое своего почтового ящика. Увидев мужчину, она тепло улыбнулась и громко пожелала ему хорошего дня, после чего, однако, немного тише, как бы про себя, пробормотала: «Пидор...», но Андрей, еще даже не успевший выйти на улицу, естественно все слышал.
Ведомый навигатором, мужчина направился в незнакомое для себя место. Скалистый берег в часе езды от города Н., где не было оборудованной смотровой площадки или чего-то подобного, что могло бы привлечь много людей. Андрей узнал об этом пляже из инстаграма местного фотографа, который выкладывал в основном хмурые, пасмурные пейзажи и снимки размытых ночных огней города.
Надежды инженера оправдались, хоть и не в полной мере. Пляж, конечно же, не оказался абсолютно безлюдным и первозданно тихим, как в мокрых снах Андрея. Однако, стоит отметить, что к частичной сатисфакции мужчины, на берегу хотя бы не было детей. Родители наверное побоялись брать с собой отпрысков на прогулку по такой отвесной скале.