Торисен скомандовал остановку. За его спиной заскрежетали о ножны обнажаемые мечи. Его собственная рука упала на эфес Разящего Родню, но прежде, чем он успел его вытащить, светло-серая лошадь, заляпанная грязью по самые плечи, ринулась вниз по склону с их правого фланга и устремилась к центру отряда. Всадница заставила своего скакуна загарцевать на носочках, чтобы его остановить, а затем отпустила поводья и вскинула пустые руки.
Рябина гаркнула пароль.
- "Тихо," - пришёл низкий, скрипучий ответ, - "ради всех Предков."
Незнакомка остановилась прямо перед Торисеном, игнорируя двух волверов, хотя они заставляли её верховую лошадь нервозно пританцовывать.
- "Верховный Лорд, для вас приготовлена засада у почтовой станции Глуши," - сказала она голосом, что наждачной бумагой терзал нервы.
Насколько Торисен мог вспомнить, он никогда прежде не встречался с этой кендаркой, и подумал, что обязательно бы её запомнил. У неё было характерное квадратное лицо, маленькие глазки и крепко стиснутая, выступающая вперёд челюсть Молокара. Шрам через горло объяснял гравий в её голосе.
- "Откуда Рандиры узнали, что я иду?" - спросил он.
- "Насколько я понимаю, Леди Ранет всегда заранее в курсе всех планов Лорда Каинрона. Она знала, что Лордан Яран свяжется со своей тётей -- это, я так полагаю, вы, Матрона -- а уже её тетя сообщит вам, лорд. Никто не сомневался в том, что именно за этим последует. Я же могу показать вам кружной путь мимо ловушки."
Рябина фыркнула. - "Только чтобы завести нас в другую? С чего это нам доверять тебе, Рандирка?"
- "Смотрите." - Женщина склонилась вперёд и убрала тяжёлый водопад волос с задней части шеи. В её плоти отпечатались волнистые линии клейма знака раторна, бледные шрамы многодесятилетней давности.
- "Клятвопреступница," - сказал Бурр, и его глаза ожесточились. Норфские кендары как правило не симпатизировали тем из их дома, кто отказался последовать за своим лордом Гантом в изгнание после событий Белых Холмов.
- "Я тогда была беременна," - сказала женщина плоским голосом. - "И ребёнок в любом случае умер. После этого, Рандиры приняли меня к себе. Можете следовать за мной, если пожелаете."
Она развернула свою лошадь и отправила её карабкаться обратно по склону.
Рябина дёрнула за узду, чтобы снова занять позицию рядом с Торисеном. - "Ты обезумел, Черныш? Она предала твоего отца. Почему бы не его сына?"
- "А разве хоть кому-то было разумным следовать за Гантом Серлингом через хребет Чёрноскалья? Помни, что он отбросил свою силу и власть подобно обидчивому ребёнку со сломанной игрушкой, и бросил своих людей на произвол судьбы, кроме, разве что, тех, кто не мыслил своей жизни без него. И я жалею их и надеюсь вернуть когда-нибудь обратно."
Он подозвал одного из своих всадником и отправил его обратно, чтобы предупредить основной корпус Норфов о засаде. Другая всадница с максимально возможной скоростью была послана через Серебряную, чтобы оповестить замок Даниоров о плачевном положении Горы Албан.
Уменьшившийся авангард покинул дорогу. Склон над ней был скользким от прошлогодней поблёкшей травы и прорезался быстрыми потоками, которые грохотали вниз от крепостного рва Глуши где-то наверху. Самый широкий из них был стиснут мостом, остальные нуждались в поисках брода. Их проводница ехала перед ними, едва видимая в тумане. Затем она пропала.
- "Я тебя предупреждала," - сказала Рябина, сохраняя голос тихим. - "И что теперь?"
Лютый прорысил вперёд. Затем он скользнул обратно к отряду.
- "Она встретилась с кем-то на мосту," - доложил он. - "Скорее всего, со стражником. Они разговаривают."
Торисен стал осторожно продвигаться вперёд, слишком хорошо будучи в курсе приглушённого звяканья упряжи, когда остальные двинулись следом. Теперь он мог видеть мост и пару конных фигур на его гребне, их лошади стояли голова к хвосту. Затем внезапно раздалось мычание. Один из всадников повалился в седле и рухнул головой вниз. Другой махнул Норфам двигаться дальше и поскакал вперёд. Пересекая мост, Торисен посмотрел вниз на скрюченную фигуру Рандира, которого определенно закололи ножом. Его конь стоял над ним, призывно ржа своим подходящим сородичам. Лютый предложил его Уайс, затем скакнул в седло сам, когда она отказалась, к большому раздражению животного: ни одна лошадь не желала иметь волвера на своей спине.
В конечном итоге они снова свернули вниз с холмов и вернулись на Речную Дорогу, обнаружив, что их там дожидается их проводница.
- "Почему ты это делаешь?" - спросил её Торисен.
Мгновение, она сохраняла безмолвие, опустив глаза на свои руки, сжимавшие поводья.
- "У меня был сын," - сказала она наконец. - "Мой последний ребёнок. Кадет рандон. Его звали..."- Её обычно невыразительное лицо задёргалось, пока она пыталась вспомнить. Затем она закатала рукав и прочитала имя, запечатленное глубокими, грубыми шрамами на её предплечье. - "Квирл. Он совершил покушение на Наследника Рандира во время его пребывания в Тентире и потерпел неудачу. Леди Ранет забрала его имя, его душу. Она поступила так со всем кадетами, что провалились в исполнении её воли. Их родители не могут их вспоминать, только то, что потеряли что-то драгоценное. Моя связь с Рандирами сломалась той ночью, но никто это, похоже, не заметил, за исключением меня."