С одной стороны, чем выше забор, тем лучше соседи, истина выстраданная. Но с другой, именно славяне любят ходить в гости, любят родню. И это чувство помогло болгарам сохранить памятники русско-болгарской дружбы, особенно памятник Алеше в Пловдиве. Помню, мы приехали к нему, неожиданно пошел снег, а у памятника стояли девочки и мальчики в одних рубашечках и кофточках. И как запели! «Немало под страшною ношей легло безымянных парней, но то, что вот этот Алеша, Алеша, Алеша, но то, что вот этот Алеша, известно Болгарии всей». До сих пор при воспоминании прошибают слезы.
Уже и заряды были подведены под постамент, но всколыхнулось славянство. Отголоски Шипки-Шейново зазвучали, со всех сторон поехали в Пловдив и ветераны и молодежь и встали в оцепление, защищая русского парня Алешу.
И еще обнадеживающее известие: Болгария сохранила кириллицу, славянское написание букв алфавита. А ведь уже все было готово для закабаления болгарского письма холодной бездушной «латиницей». Даже и ученый Велико-Тырновского университета, который обосновывал необходимость перехода на латиницу, уже был награжден правительственным орденом (да, вот такое было недавно у болгар правительство). Обосновать эту продуманную диверсию было очень легко: надо начать болтовню об интеграции в мировое сообщество, о повышении всяких экономических радостей и тому подобное. Много ли надо гражданам, у которых желудок первичнее головы (а таких в любой стране большинство), и чуть было страшное предательство предков не свершилось, но забастовал Велико-Тырновский университет, один из самых древних и знаменитых в Европе. Ученый совет вуза лишил ретивого «латиниста» всех ученых степеней и, как ни уламывали власти страны руководство вуза, не сдался.
И сохранилось великое славянское наследие - наша письменность.
Еще одно отрадное событие было прямо при мне. В Болгарию приехали русские дети. В Камчии, так называется место недалеко от Варны, московское правительство выстроило Центр культуры и отдыха для детей России и Болгарии. И вот встречаются дети болгарские и русские. Русские не знают болгарского языка, болгарские - русского. Более того, болгарские отроки не знают, что есть такой город Москва и такая страна Россия. Но они же дети, им же хочется общаться, и они разговаривают друг с другом... на английском языке. Мировое правительство может радоваться: славяне забывают себя.
Но нет, сильны славянские корни. Уже на второй-третий день радость мирового правительства угасла: дети стали понимать друг друга, обходясь без английского посредника. Очень же много общих слов, одни совпадают, другие одинаково звучат. Да и много ли надо для начала: завтрак, молоко, море, купание, футбол, обед, игры, пение, танцы... Дальше - больше.
Так что английский может отдыхать. Мы родные, в этом все дело.
Маслина, отпавшая от ствола, легко может привиться к нему обратно. Она по природе принадлежит стволу, она не чужая.
Язык и религия идут из глубины веков и крепко связывают нас, и эта связь необорима.
БЫЛО ДЕЛО ПОД ПОЛТАВОЙ
Первым, кого я встретил, ступив на поле Полтавской битвы, был священник. Мысль мгновенно мелькнула: как хорошо в таком святом месте первым делом получить благословение, и рванулся к нему, привычно складывая ладони. И тут же меня отшатнуло - а вдруг он филаретовец. Но уже и батюшка делал шаг навстречу. Все-таки я спросил:
- Благословите, батюшка. А, вынужден спросить, какой вы юрисдикции?
- Той, что надо, - отвечал он, крестя меня и приветливо улыбаясь.
Надо ли говорить, что украинский раскол, начатый митрополитом
Филаретом, явление не только религиозное, но и нравственное и даже политическое. Не будь его, разве б мыслимы были такие щиты с портретом изменника и надписями на них: «Мазепа - перемога украиньской державы»? А плакаты были размером как щиты с рекламой пива.
Жовто-блакитные знамена подавляли все остальные. На втором месте были шведские, на третьем - российское трехцветие. Жупаны и папахи, длинные усы и лихие оселедцы, красные просторные шаровары, сапоги гармошкой - все раньше казалось бы каким-то костюмированным праздником. В общем-то, это и был праздник, и великий праздник - 300-летие Полтавской битвы, но сразу было понятно, что хозяева незалежной, незаможней, самостийной, щирой Украйны присвоили его полностью себе. Да еще поделились со шведами, которых тут тогда побили, а сейчас они были тут дуже желанными. Сегодняшняя Украина присвоила себе не только территории Российской империи, но и ее прошлое. Героическая битва, которая спасла Россию, сейчас от России была насильственно отторгнута. Теперь получалось, что она не в России произошла, а за границей. Дюжие парубки, конечно, были ряжеными, но были не актерами тут, а заправилами. Они тут были хозяева. Нас, российскую делегацию, не то чтобы зажимали, - нет, ставили в первые ряды, но как-то постоянно давали почувствовать, что мы здесь гости. Но хлеб-соль была так хороша, так красивы дивчины в венках, лентах и монистах, что это перебарывало горечь. Гремела бравая музыка, но почему-то эстрадная, а не марш Преображенского полка. Который напоминал бы о погибших здесь русских воинах.