— Рэд, ты обратил внимание?! — толкнула меня Илана.
— На что?
— Он плюнул в бокал, ты видел?!
Несколько позже прокрутил повторно запись и увидел, как молодой раб свершил сие деяние быстро и незаметно. Для меня это было удивительно, так как потомственный раб учудить подобное никак не мог. Правда, Фагор потом подтвердил, что никакой он не потомственный, его ребенком привезли работорговцы с какого‑то острова, и со свежим клеймом на щеке продали в дом цезарха.
— Рэд, смотри, это что же такое?! Разве мальчик мальчику может делать ребенка? Фу, гадость какая.
Да, в комнате молодого господина творилось полнейшее непотребство. Тот выпил бокал какого‑то напитка и снял из себя трусы, а плевавший раб не задавая никаких вопросов тоже освободился от штанов, стал раком и уперся локтями в табурет. Затем, молодой господин склонился и окунул свой возбудившийся член в маленький кувшин с маслянистой жидкостью, после чего пристроился к заднице раба.
— Действительно, гадость, — с отвращением согласился, — Как‑то увидел таких в сети и показал папе, а он при этом сильно ругался и обзывал их «голубыми педерастами». Папа тогда говорил, что для воспроизводства себе подобных и для удовлетворения полового влечения, Великий Творец Космоса создал самца и самку, и это касается не только людей, но и всех без исключения животных. А противоестественные отношения не допускает ни на одной планете, ни одна тварь, за исключением таких вот отдельных человекообразных. Кстати, моя мама педерастов тоже ненавидела, она считала, что мужчина должен быть мужчиной, а женщина — женщиной. Тьфу!
— Рэд, — дернула меня за рукав Илана, — раба в этом винить не надо, ты же сам говорил, что он есть обычный бессловесный скот.
Уж не знаю, что из этих наблюдений вынесла маленькая девочка, треть жизни прожившая в бездне космоса, но лично у меня на душе остался неприятный осадок. Совсем не такими разнузданными, пошлыми и циничными виделись мне отношения в доме воспитанного потомственного аристократа. Например, с детства зная воинский этикет, сформировавшийся в армейской среде за тысячелетия, больше чем уверен, что офицер не имеет права раздавать подчиненным зуботычины, а эпоха и уровень цивилизации здесь ни при чём. Между тем цезарх вызвал в кабинет одного из сержантов, вдруг обозлился на него, выскочил из‑за стола и ударил кулаком в лицо. М–да, мой папа, сержант ВКС, такого обращения к себе никогда бы не стерпел.
Оказывается, в течение трёх последних докад подразделения цезии находились на армейских сборах, устроенных эпархом. Кто‑то из солдат внутреннего гарнизона что‑то натворил, о чем доложили вернувшемуся домой цезарху, вот он и разошелся.
Как бы там ни было, но самой симпатичной в этом доме мне показалась младшая жена хозяина. И не только внешне, но и вела она себя культурней и более всех сдержанней, к рабам относилась ровно и без крика. Фагор говорит, что она младшая дочь правителя соседней цезархии и, видно получила совсем другое воспитание, чем укоренившееся в этой семье. Данный факт радует, значит не все в этой империи такие идиоты, каким является глава этого дома.
В общем, по результатам всех наблюдений могу сказать одно — разочарован, поэтому не видел смысла в нашем дальнейшем здесь пребывании, ничему нужному мы больше не научимся. Решил ночью ликвидировать цезарха и убраться, пора было спускаться с гор и двигать к центру цивилизации. Однако, подслушанный вечером разговор, непосредственно касающийся нас, заставил план несколько изменить, а проведение операции ускорить.
В рабочем кабинете друг напротив друга расположились хозяин дома и его сын–наследник и вели малоинтересный мне разговор. Вдруг в дверь постучались, вошел раб, низко поклонился и доложил:
— Господин, прибыл викарий Сатар, просит принять.
— О! Давай! — сказал хозяин кабинета, при этом переглянулся с заметно взволнованным сыном.
Это меня тоже заинтересовало, поэтому все шесть голопроекций отодвинул в сторону, а изображение кабинета приблизил и увеличил. В дверь вошел сравнительно высокий воин со шрамом на подбородке. Судя по приличному пластинчатому доспеху и мягким полусапожкам, это был офицер.
— Господин! — он боднул головой и выпрямился.
— Не тянись, Роло, — цезарх указал на свободный стул, — присаживайся и докладывай, что тебе удалось выяснить?
— Господин, удалось найти подтверждение, что десятник Арбон действительно приобрел шкуру горного льва за двадцать четыре с половиной зеола. После этого они пробыли в городе два дня и в полдень выехали в сторону столицы, после чего их никто не видел. Исчезли.