Морена
МОРЕНА.
На пустыню опустился сумрак. Легкий ветерок колыхал дюны, срывая с гребней пену. Ударил свет и на песке оказался светловолосый мальчуган. Это был первый человек, и звали его Лай.
Одновременно с ним родилась и Морена. Девочка открыла глаза и поежилась. Воздух был обжигающе холодным. Она поднялась, стряхнула снег со своего черного платья. Ветер растрепал ее русые волосы. Морена обвела взглядом этот мир. Её серые с чёрными чёрточками глаза всматривались в горизонт. Глыбы голубого льда блестели, освещенные тусклым солнцем. Ей здесь не нравилось. Она пошла вперед, сама не зная, куда: только бы подальше от этого места.
Длинною дорожкой змеились следы на песке. Жарким гнётом над головой нависало солнце, но Лай и не думал останавливаться. Ему хотелось найти что-то помимо жёлтой тарелки над головой и миллионов одинаковых песчинок под ногами. Дни сменялись ночами, и жажда все больше мучила юнца.
Остекленевшим взглядом встречала она рассвет, потрескавшиеся губы шептали самой себе: «Доброе утро!». Кожа посинела, глаза сделались бездонно-голубыми, волосы побелели. Босые ноги не прилипали ко льду, а сердце ударяло раз в минуту. Не зная, зачем и куда она идет, Морена брела, не замедляя и не ускоряя шаг, равнодушная и отрешенная. Ночью мигали звезды, и только их неугомонная ворожба изо дня в день пробуждала надежду, тусклую и безотчетную, и в эти мгновения краешки губ легонько расходились в улыбке, а глаза смягчались и наверстывались слезами. Однако слезы замерзали льдинками на щеках, и все проходило: на небе были обыкновенные звезды, одинокая старушка-луна, а впереди та же пустыня, что и за спиной.
Безумным сиянием впереди вспыхнули горы. От неожиданности слюна брызнула изо рта Лая. «Я знал! Я верил!»- вскрикнул он и отчаянно расхохотался. С этого времени минуты пошли быстрее, а шаги сделались короче. Неясным обухом загорелся на горизонте вихрь и налетел ураган. Полдня он шел через беспросветную завесу, а когда воздух вновь стал чистым, горы предстали во всей красе. Где-то бил ключ, и Лай утолил жажду, где-то горел огонь, и он согрелся. Юноша преодолел горы и вошел в лес.
Метель заметала ее кровавые следы. Проснувшись однажды под глыбой льда и стряхнув укрывший ее одеялом снег, Морена испугалась. Ее тело, в момент рождения такое нежное, теперь не ощущало ничего. Ее ступни привыкли к холоду, ее разум привык к голоду, а три ночи назад погасли звезды. Морена подумала, что умирает, и дабы проснуться рассекла себе осколком вену. Боль пронзила кожу и девушка вскрикнула. «Все еще жива»- мелькнуло в голове.
«Морена»,- откуда-то издалека позвал голос. Девушка прислушалась, но кругом было тихо, и лишь ветер заунывно свистел над равниной, равнодушно теребя сугробы.
Здесь, в безмолвии леса царил запах жизни. Ступая по мягкой подстилке мха, Лай шел по лесу, и счастье расцветало в нем, как бутоны роз поутру. Казалось, лес жив, и надобно просто увидеть его красоту и движение. Однако пока юноша шел, не находя ключа к загадочной тайне. Высота пошла на убыль, и Лай побрёл по гигантскому стволу какого-то дерева, дабы срезать путь через овраг. Дерево, подобно пауку нависало над ним: его плешивая кора скользила, а вверх уходили такие же великаны, поднимаясь иногда и на тридцать, и на сорок метров. Дно оврага находилось в двадцати метрах под ним, когда он остановился. Это было прекрасное место для отдыха, и Лай сел, оказавшись в самом центре леса.
Из снежной пелены выплывали призраки. Мертвые лица вставали перед ее взором, и конца не было этим видениям. Сознание уже не боролось с наваждениями, но эти гадкие существа, что приходили к ней, вызывали и ужас, и сострадание. Несчастные! Они обречены на вечные страдания, вечные скитания, и покоя им не будет до конца времен. «Морена»,- позвал голос, неприятный холодок пробежал по спине девушки. «Бросьте! Отстаньте от меня!»- завизжала она и закрыла глаза руками. Прямо перед ней стоял коренастый мужчина с красивыми, но облитыми кровью зубами, его челюсть была сломана, а вместо носа виднелось красное месиво. Она видела его в окутавшей ее тьме. Волосы были частично выдраны и на голове виднелись следы запекшейся крови. «Привет, дорогуша!»,- поприветствовал он и крепко обнял Морену. Девушка потеряла сознание.
C наслаждением закрыл глаза, чтобы вздремнуть после долгой дороги. Но лишь только веки сомкнулись друг с другом в страстном поцелуе, вокруг послышались звуки. Весь лес будто ожил: наполнился живностью и птичьими песнями. Лай забрался повыше и заснул.
Бесы издевались над ней, клыками вырывая куски красного мяса из её тела, крепко держа за серебряную косу. Закричав от боли, она рванулась. Вырвался клок белых волос, и она впилась зубами в шею мертвеца. Тот взвыл – и тут же под ребра вошло что-то острое и холодное. Боль заполнила все, и в вереске молний сознание окутал мрак. Сон. Морена тяжело дышала. Еще один злой, отвратительный сон. «За что? За что мне все это?»,- с грустью подумала девушка, но молчание хранили небеса.