— Мама!
Соседство оказалось не из приятных. На стоящей рядом кушетке, уже в раскрытом состоянии, без серого вещества в извилинах, с «душой» нараспашку, готовый отдать сердце, лежал тот самый покойник, почтивший вниманием сие место и хозяина скромных пенат.
— Полно вам, любезный! — улыбался во все белоснежные зубы патолог, смотря все таким же взглядом, затягивающим в преисподнюю. Черные круги под глазами — врата в ад, голос — приговор, не подлежащий обжалованию. — Мой гость никакого вреда не причинит, — тихим, едва слышным голосом, с почти неуловимыми стальными нотками сказал патолог, — лучше возьмите! — и протягивая обычно прозрачный пакетик, добавляет: — Это ваше!
— М-м-мое? — заикаясь, уточнил коп, а патолог ответил:
— Ваше-ваше! — все с такой же широкой, почти от уха до уха улыбкой, как у Безумного Шляпника, только без характерного костюма. Хирургу осталось только голову набок склонить и открыть окна души в непроглядную тьму, царившую в разуме этого пугающего до дрожи мужчины.
— Берите, вам это нужнее!
Данная фраза что-то внутри парня сломала. Казалось, что-то разбилось и звонко осыпалось на пол. Холодеющий от страха, дрожащей рукой, он потянулся к пакетику, не решаясь его открыть. А патолог же подбадривал: — смелее, смелее! Ну, парень и открыл, набравшись смелости. Но там…
— Буэ! — выдал младший коп, с жалостью смотря на старшего, едва сдерживающего улыбку и смех. Смешно ему, сволочь!
В пакетике для улик, на самом дне, в окружении чего-то липкого и скользкого на вид, явно природного происхождения, созданного организмом покойного, лежал … не переваренный … кусочек уха с необычного вида сережкой, переливающейся едва заметно бликами недрагоценного камня.
— Да пошел ты! — рявкнул на патолога младший коп, обещая самому себе больше ни ногой в это царство мертвых.
Чертыхаясь, на чем свет стоит, приговаривал весь оставшийся путь до участка, что он с удовольствием променял бы визит в морг на два ночных дежурства или десяток засад без возможности сходить в уборное место, лишь более не видеть ту рожу и не слышать его гребанных шуточек. В заключении отборной ругани в сторону штатного патолога, младший полицейский выдал:
— Юморист, твою мать!
Автор приостановил выкладку новых эпизодов