«Ну это мы и так знаем», — подумала Гидра. — «Но не знаем, что об этом задумывался и лорд-канцлер».
— Но почему его-то это пугало, ведь он сам не драконьих кровей и доа становиться не собирался?
— Шут его знает, — пожал плечами казначей, уплетая лунновир за них двоих. — Он говорил что-то про то, что раньше церковь своё дело делала, и Мелиной силы не имел. А теперь кому-то он понадобился, и его освободили, но пока ещё не до конца… будь я проклят, он даже Иерофанта Рхаата этим донимал! Тот водил его в Малха-Мар, книги ему всякие показывал, да ничем это и не закончилось. Убийцы, что его прикончили, будто знали о его страхах, раз цветочков тигровых на него набросали. Циничные люди, но, чёрт возьми, так ведь и бывает, верно? Когда чего-то больше всего боишься, оно и сбывается!
Гидра незамедлительно бросила пиршество. Поблагодарив казначея, она сослалась на дела и устремилась в Малха-Мар.
Триконх пустовал. Покрытые чернотой стены всё ещё не восстановили, но внутрь поставили новые скамьи, а статуя Великой Матери, женщины с драконьими лапами и хвостом, смотрела всё так же нежно и задумчиво, как и раньше. Гидра знала, что в задней части храма, как это обычно бывало в триконхах, есть выход к кельям и библиотекам, поэтому направилась туда.
Сандалии тихонько шуршали по каменному полу. Дверь оказалась не заперта. Внутри её встретил печальный монах с обгоревшими руками. Одетый в зелёные одежды, слуга Великой Матери терпеливо выслушал Гидру и ответил:
— Да, помню лорда-канцлера, Ваше Диатринство. Опасные книги он спрашивал. Книги о магии, книги о демонах и саваймах. Но Иерофант не гневался на него. Говорил, это всё от страхов.
— Страхи Магра подтвердились, — после яркого солнца глаза Гидры никак не могли привыкнуть к полумраку келий. — Его убило чудовище с побережья.
Монах посмотрел на неё хмуро. Он кивнул ей на тяжёлую кованую дверь, ведущую в библиотеку — святая святых триконха, куда, к счастью, не добралось драконье пламя.
— Его Высокопреосвященство Иерофант Мсара прибыл двумя часами ранее вас, и он спросил меня ровно о тех же книгах, — произнёс он. — Возможно, Великая Мать начертала вашу встречу.
Гидра кивнула и решительно шагнула в библиотеку.
«Вот и праздник получился», — подумала она иронично, оказавшись в тёмном сухом закутке.
Иерофант оказался на удивление молод. Одетый в нефритово-зелёные одежды, как и все служители Мар-Мар, он создавал впечатление человека, которому было от тридцати до сорока. У него были постриженные на уровне плеч волосы и внимательный тёмный взгляд.
Он перебирал книги на приземистом дубовом столе: что-то искал в названиях под прыгучим светом свеч. И на звук шагов обернулся, с удивлением обнаружив диатриссу.
Он не поклонился ей, потому что ему было не по статусу. Как, впрочем, и ей. Поэтому Гидра просто подошла, скрестив руки внизу живота.
— Простите за беспокойство, Ваше Высокопреосвященство, — произнесла Гидра. Кажется, она уже видела его на пиру в Раале, когда он был ещё в сане Иерарха. — Мы здесь с вами за одним и тем же.
— Вы уверены, Ваше Диатринство? — осторожно поинтересовался Иерофант и на всякий случай прикрыл широким рукавом выбранные им книги.
— Да. Нас обоих волнует проклятие побережья — Синий Тигр Мелиной, — прямо сказала Гидра.
Он тяжело вздохнул и кивнул. А затем обернулся к книгам. То были запретные манускрипты, что хранились в триконхе лишь для того, чтобы священство знало, как бороться с нечистой силой. Гримуары, чёрная магия, описания савайм и старинные обряды Трёх Богов.
Разумеется, доступ к чему-то подобному был лишь у тех, кто доказал свою веру и не соблазнился бы властью, что сулили тёмные силы.
— Мой предшественник, Рхаат, — тяжело вздохнул Иерофант, — оставил мне тревожное послание. Он словно знал, что не вернётся из Мелиноя.
«Его испепелил Мордепал прямо на церемонии».
— Послание гласило: «Женщина погубила меня своим притворством, женщина погубит и всю Рэйку; Кровь и Дух уже во власти врага, и это было сделано моими руками». Разумеется, когда я прочёл об этих понятиях, я сразу понял, о чём речь.
Гидра вопросительно склонила голову набок.
— О чём речь? Кровь и Дух?
Иерофант ответил ей долгим взглядом.
— Раз вы не знаете об этом, значит, вы не знаете ничего, — сказал он. — Не думаю, что вам следует.
— Я знаю предостаточно! — возмутилась Гидра. — Даже больше, чем… стоило бы рассказывать!