— Думаю, что понимаешь, но ты позволяешь своим эмоциям мешать логике. Ты знаешь, что она способный солдат. Она научилась многому за месяцы тренировок. Ты думаешь, что защищаешь ее, но твои эмоции могут стать тем самым, что убьет ее. — Ивар успел произнесити последние слова, прежде чем кулак Кирена врезался в его челюсть. Он упал на землю и повернулся к своему другу. Кирен стоял над своим другом, он был в гневе.
— Думаешь, я не знаю этого? Не притворяйся, что понимаешь мои эмоции. У тебя еще нет пары, Ивар. В нашей сущности заложено защищать свою пару. — Киран сердито зарычал. — Разве ты думаешь, что я не рассмотрел все варианты, прежде чем подвергать свою пару опасности? Я сделаю все возможное, чтобы сохранить ее в безопасности, даже если это значит, что она пойдет со мной на передовую! — прорычал он. — Думаешь, я хочу, чтобы она пострадала? Не говори, что это легко, Ивар. Моя пара — женщина, и она служит в армии. Все может случиться. Я вынужден подчиняться правилам и держать ее на передовой, потому что это единственное, что сохранит ей жизнь. —Кирен разглагольствовал, но Ивар знал, что его друг напряжен. Также он знал, что Кирен прав.
Кирен с Иваром обсудили перемещение войска. Они пришли к выводу, что это нужно сделать в ближайшее время. Когда Альфа-король просит, это значит, что нельзя терять время.
Стоя в конце стола, во время ужина, Кирен поднял руку, чтобы заставить солдат замолчать. Все повернулись и посмотрели на него. Медленно вдыхая, он произнес:
— Альфа-король приказал нам отправляться на фронт. Сражения с вампирами участились, и мы потеряли много солдат. Мы — последняя из групп, которая пойдет сражаться. В наших руках повернуть эту борьбу в нашу пользу, но это значит, что мы должны работать очень усердно. Мы отправляемся завтра утром налегке, берите только те вещи, которые вам нужны. Мы отправимся на фронт через два дня.
— Но это значит, что не будет никакого отдыха. Мы должны будем... — начал солдат за столом.
Ивар взглянул на солдата.
—Да, это значит, что мы будем очень мало отдыхать. Это будет очень долгая дорога.
Кирен сел рядом с Иваром и они начали есть. Кирен часто оборачивался, чтобы посмотреть на свою пару, и видел, как она ковыряется в еде. Она потеряла аппетит, и в его душе зародилось беспокойство. Ужин быстро закончился, и Морин тут же встала. Кирен видел, что Трой схватил Морин за руку. Она повернулась и что-то прошептала Трою, прежде чем выскочить за дверь. Трой заботился о ней как брат. Айзек встал, и они начали разговаривать, глядя в ту сторону, куда ушла Морин.
Кирен последовал за ее запахом и углубился в лес. Когда он нашел ее, то его сердце разорвалось на миллион кусочков. Она сидела на густой траве, прижав колени к груди и спрятав лицо. Она плакала, и хотя он хотел подойти и успокоить ее, он знал, что она не хотела бы, чтобы он видел ее такой. Она плакала очень долго, а он стоял на расстоянии и молча наблюдал за ней. Его сердце словно вырывалось из груди от того, что он видел ее такой. Через некоторое время ее рыдания стихли, и она вытерла слезы. Она долго смотрела в темноту, прежде чем заговорить.
— Я знаю, что ты здесь. — прошептала она. — Я чувствую тебя.
Он сел рядом с ней. Она не смотрела на него.
— Как долго ты знал, что я здесь?
— С того момента, как ты пришел. — Призналась она и вздохнула. Он все еще слышал хрипоту в ее голосе, когда она говорила. — Я просто не могу поверить, что это происходит.
— Ты боишься? — спросил он. Его сердце сжалось от боли.
— Разве не все боятся? — спросила она и посмотрела на него.
— Каждому есть чего бояться. — кивнул он.
—Но каждому есть за что бороться. — ответила она.
—Ты прав. — снова кивнул Кирен.
—Как ты думаешь, я выберусь оттуда? — грустно улыбнулась она.
— Когда я впервые встретил тебя, я не думал, что ты переживешь первый месяц. — ответил Кирен. Она засмеялась, а он улыбнулся, услышав ее тихий смех. — Но ты изменил мое мнение.
— Как так? — повернулась она к нему.
— Ты стал сильнее, и в твоем бою редко бывают ошибки. Ты научился читать, интерпретировать и создавать свои собственные боевые приемы. — ответил он и она еще немного посмеялась.
— Это первый раз, когда ты меня хвалишь.
Ее глаза блестели в лунном свете. Она обернулась, чтобы посмотреть прямо перед собой, и ее улыбка исчезла.