– Дядь Жень, я тоже вам рад, только не совсем понимаю, зачем вы позвали меня сюда.
– Разве не могут родственники, единственные, ближайшие, просто встретиться и поговорить? Может, тебе хочется поделиться переживаниями?
Его странная улыбка сразу не понравилась Диме, но опасности не было. Дядя был здесь один, как и Дима. Встреча тет-а-тет, но что-то невольно заставляло его сердце невольно колотиться.
– Чего вы хотите? – отбросив свою детскую наивность, строго поинтересовался молодой человек.
– Твой отец оставил дом, и ничто не мешает тебе в нем поселиться. Несмотря на наши временные разногласия.
– Серьезно? Но это невозможно, ведь я не могу здесь больше находиться, я не часть клана, я принадлежу новой стае.
– То есть, ты с такой легкостью откажешься от прошлого? – голос дяди звучал осуждающе, что заставило Диму устыдиться своих слов. – Да брось, я знаю тебя с малых лет. Невозможно взять и выбросить. Ты можешь менять место жительства, встречаться с разными людьми, доверять им свои секреты, но семья у тебя всегда будет одна. Это не касается обычных людей, они не ценят свои истоки. Мы столько лет выбивались из грязи, чтобы понять свою роль во Вселенной. Но это не так важно. Важно, что мы были вместе все эти годы, верили и поддерживали друг друга. Поэтому меня поражает, с какой легкостью ты пытаешься избавиться от своего наследия. Вот что мне мешает сейчас натравить на тебя всех, ибо ты находишься на чужой территории? Ничего. Но я никогда так не поступлю. Мы семья. Прости, я позвал тебя вовсе не для того, чтобы отчитывать. Это было долгое вступление, я просто хотел донести самое важное. Если ты не понимаешь сейчас, то поймешь обязательно чуть позже.
Дима чувствовал, как постепенно начинает закипать мозг. Слова дяди были полны истины, от чего молодому человеку стало не по себе. Мало Дима корил сам себя, так еще и сверху на него целый ушат ненависти пролили, хотя дядя ни на секунду не повысил голос, не попытался оскорбить. Всего лишь беседа о ценностях, но почему именно сейчас?
– В общем, Дима, чтобы ты понимал, война никому не нужна. Мы все делаем для того, чтобы спасти наши чертовы жизни.
– Серьезно? Можно теперь я кое-что проясню. Вы пытаетесь вновь похитить Кристину, натравили собственного сына на ее подругу. Зачем? Они под защитой Нины, а это прямое разжигание конфликта.
– Под такой надежной защитой, что от нее пострадал Андрей? А ты не задумывался, почему в такой крепкой общине, как твоя новая, где царят строгие правила, шайка отморозков свободно прогуливается за периметром и устраивает дебош, нападая на беззащитных людей? Виктор – человек хороший, чего не могу сказать об его сыне. Почему он не возьмет его за одно место и не научит хорошим манерам? Почему Нина закрывает на это глаза, хотя тебя, довольно ценное приобретение, отлупила при первой возможности? То же самое касается и Ланы, твоей подружки детства. Перебежки от одного клана в другой недопустимы законом, она должна была быть мертва. И дело вовсе не в сострадании. Нина также мила и очаровательна, как и любой из нас в зверином обличии. Ни капли жалости.
– Но ведь могло быть исключение из правил.
– Все верно, но не так все просто, как ты думаешь. Нина никогда не оставит в живых человека, который ей не нужен. Каждое ее действие несет в себе определенный смысл, который известен только ей.
– Зачем вы мне это говорите?
– Хочу сказать, чтобы ты был с ней осторожнее. Она не просто так оставила тебя подле себя. И не думай, что я пытаюсь настроить против нее. Всего лишь предупреждение, как родному и близкому человеку. Что же касается Кристины, с нашей стороны ее жизни и благополучию ничего не угрожает.
– Вот как? Вы следили за ней и пытались похитить.
– А с чего такие выводы? Думаешь, так трудно выкрасть одного человека? Глупец. Пойми, мы не враги, все наши действия направлены на спасение.
– На спасение чего?
Дядя Женя замолчал, что заставило Диму усомниться в его адекватности. Что он пытается сказать? К чему клонит? Очередной хитрый план? Попытка настроить его против новой общины? Молодой человек хотел посмеяться над его словами, но не мог. Что-то в глубине души противилось принимать сказанное за ложь.
– Мне пора идти. Извини, что встреваю в твою новую жизнь, но мне было важно, чтобы ты услышал, – дядя развернулся и пошел прочь, но через мгновение остановился и подошел вновь к Диме. – Держи.
Он протянул конверт. Молодой человек не сразу решился взять его в руку. На немой вопрос дядя пояснил.