Олеся грустно вздохнула и отвернулась. Ее слова были жирной точкой в диалоге, Нина не нашлась, что сказать в ответ, поэтому лишь обиженно надула губы.
Кольцо вновь наполнилось жаром, обжигая кожу. Нина несколько раз провернула его на пальце, борясь с желанием снять его и отбросить подальше. Невозможно сдерживать в себе такую безумную силу.
– Интересно, сколько времени ты будешь это терпеть? – проговорила Олеся, следя за неловкими движениями. – Кристина слишком сильна.
– Чем дольше мы вместе, тем сильнее становлюсь я, – отрезала Нина.
– Ты же понимаешь, что без истинного хозяина это невозможно.
– Дима мертв, и это чертовой безделушке придется признать меня, как единственного владельца. В ее жилах течет та кровь, кровь Севы, и оно это понимает.
– А если найдутся другие?
– Никого нет. Дима не оставил после себя потомства, а его семя погибло вместе с тобой, на чью честь он претендовал. Жаль, Милана не успела догадаться о том, что была беременна.
– Ты ужасна.
– Я? Посмотри на себя, Олеся. Сидишь и рассуждаешь о том, насколько плохая, но сама даже не пытаешься меня остановить. Знаешь, почему? Потому что в глубине души понимаешь и принимаешь мою правду. Ты также жаждешь мести, ведь твоя смерть была ужасна.
– Я ничего не делаю лишь по той причине, что мое тело мертво, а душа способна только на размышления. Моих сил недостаточно, чтобы остановить это безумие.
– Просто признай. Ты также хочешь отомстить за свою жизнь. Это понимает и Кристина, только пытается еще показать себя правой. Я скажу вам обеим. Нет здесь больше правых. Есть только я и моя цель.
– Это легко исправить!
Нина обернулась. Обладатель дерзкого голоса вызвал у нее приступ страха.
– Дима, как? – дрожащим голосом выпалила она. – Как ты выжил? – осознание пришло мгновенно. – Кристина не даст мне спокойствия. Уважаю ее стремление и поражаюсь силе ее духа. Не думала, что в этом мире она способна добраться до твоего разума.
– Кто знает, на что еще она способна, – молодой человек медленно направился в ее сторону.
– Ты слишком смел или слишком безрассуден, если позволяешь себе такую наглость, – Нина хотела казаться невозмутимой, но ноги невольно сделали несколько шагов назад. – Что мешает мне натравить всю свору на одного тебя?
– Ничто, можешь попробовать. Посмотрим, что из этого выйдет.
– Ты сам напросился. Что? Даже не попытаешься бежать?
– Страх смерти ужасен, но сейчас меня это волнует меньше всего. Возможно, в этом и есть смысл жизни? Отдать себя на алтарь жертвы ради других?
Нина не понимала, о чем он говорит, и это заставил ее растеряться. Слова застряли на середине, не в силах выйти наружу.
– Отец ничего не говорил, но я всегда знал, что моя жизнь не будет бессмысленной, – продолжил он. – Особенно в тот момент, когда я понял твой страх.
– Прекрати.
– Ты боишься меня.
– Нет.
– Я отличаюсь от остальных, в этом причина?
– Замолчи.
– Или же я способен на что-то, чего еще сам не знаю? Поэтому жаждешь моей смерти?
– Да, черт возьми! Ату его!
Нина изящно махнула рукой, подобно истинной аристократке. Свора мигом сорвалась с места в сторону Димы, но даже сейчас он улыбался. Когда его тело скрылось за множеством других, Нина услышала истошный вопль.
– Давайте!
Не успела Нина понять, как несколько крепких рук обхватили ее тело. Страх в один миг пронзил душу. Она не почувствовала ничего, кроме чужих прикосновений. Это не были оборотни. Это люди, над коими ее власть заканчивалась. Крик невольно вырвался из груди.
Ни Андрей, ни Паша не понимали, почему они оба должны схватить Нину. Вопросы отпали сами собой, когда она попыталась вырваться. Даже двух человек было мало, чтобы усмирить разгневанного зверя.
– Отпустите! Негодники! Ко мне! Живо, ко мне!
Несколько яростных глаз устремились на внезапную потасовку. Всего пара метром разделяла их от поражения.
– Рита, давай!
Молодые люди с трудом распрямили руку Нины, выставляя кольцо на всеобщее обозрение. И тут Рита, совладав с волнением, выбежала из укрытия. Одно действие требовалось от нее, и она с легкостью стянула кольцо с пальца подруги.
– Нет!
Вместе с криком Нины, огласившим округу, пространство встрепенулось. Кристина вздрогнула несколько раз и обмякла. Рита удивленно посмотрела на кольцо. Черный, как уголь, камень, светлый металл.
Сработало?
Неужели эта штуковина несет в себе какой-то смысл?
Все замерло. Оборотни перестали двигаться, отрешенно глядя перед собой. В них и раньше не блистали зачатки разума, а сейчас они походили на неодушевленные предметы. Деревня из оживленной превратились в средневековую инсталляцию, слегка облаченную дымкой.