Правильно ли она поступит, начав новую жизнь?
– Так что ты решила? – пристальный взгляд Риты пробирал до костей.
Что еще ей оставалось?
– Надо когда-то начинать жить, – натянутая улыбка появилась на лице Кристине. Хорошо, что Рита этого не заметила, довольная ответом.
– Тогда не стоит медлить. Ты должна быть самой красивой не только снаружи, но и внутри. Никаких негативных мыслей, только улыбка и смех. И то черное белье, которое ты недавно покупала. И чулки.
Кристина посмотрела на подругу с опаской, но перечить не стала. В самом деле, не нужно быть ханжой. Если дело действительно дойдет до постели, она будет привлекательна.
Пусть начнется ее новая жизнь.
Пусть она будет полна радости и счастья.
Пусть томный взгляд голубых глаз останется в прошлом и, изредка всплывая в памяти, дарит теплоту ностальгии, а не болезненное горе.
Прощай, Дима.
Холодные осенние слезы стекали по стеклу. Ее собственные, горячие, оставались внутри, не решая открыться свету.
5
– Расскажешь, как твои дела?
Кристина расслабленно откинулась на диван. Волнение оставило ее ту же секунду, когда она увидела Пашу. Его рубашка сияла белизной и свежестью, а одеколон сводил с ума. На ужин он приготовил пасту и извлек из домашнего бара отличное вино. Сухое красное, Кристина любила его. Легкая музыка, приятная обстановка и несколько градусов в крови сумели сделать невозможное. Кристина почувствовала себя живой.
– Как дела? – девушка даже растерялась. – Ты итак знаешь. Учусь в поте лица. Сложно, конечно, но это не проблема….
– Я не об этом. Что происходит у тебя в душе?
– Сейчас?
– Вообще.
Сердце заколотилось с невероятной силой. Забытье было недолгим.
– Так сразу и не скажешь, – честно призналась Кристина. – Что именно тебя интересует?
– Что ты думаешь о том, что произошло тогда?
– Хочешь залезть в мои мысли? – девушке не нравился тон разговора. – Почему раньше не спросил?
– Дал тебе время прийти в себя.
– Что ж, я больше ничего об этом не думаю. Спроси ты чуть раньше, я бы выложила тебе все под чистую.
– Кому нужны слепые эмоции? Уверен, сейчас ты хорошенько поразмыслила, взвесила все «за» и «против», сделала выводы. Эта история кончилась, но я знаю, что она до сих пор тебя не отпускает.
Паша читал ее эмоции, как раскрытую книгу. Отворачиваться от правды не было смысла.
– Да, она кончилась, – слабо проговорила девушка. – Но кончилась слишком резко. Я каждый день пытаюсь копаться в собственной памяти, но воспоминаний нет. Я не могу быть уверенной, что это действительно так. Между мной и Димой была прочная ментальная связь, сейчас она пропала. Что он сделал там? Как проклятие исчезло? Хоть эмоции и стали трезвее, эти вопросы никогда меня не оставят.
– Пойми, нужно жить дальше.
– Понимаю, но не могу отпустить. Если бы это касалось кого-то другого, а я просто стала свидетелем, все было бы проще. Но я была в эпицентре, это сводит меня с ума.
– У случившегося есть свидетели, они могут все забыть, но им приходится мириться с твоим волнением. Подумай о Рите, об Андрее. Они ушли на несколько шагов вперед, сумели пересилить свои страхи, но, всякий раз, глядя тебе в глаза, они отступают назад. Это тянет всех на дно. И меня тоже.
– Прости, – Кристина едва сдержалась от слез. – Я понимаю, что виновата….
– Ты не виновата в том, что стала заложницей этой безумной истории. Не виновата в том, что и мы в ней оказались. Мы взрослые люди, не нужно извиняться. Тебе просто нужно взять себя в руки и оставить все в прошлом.
– Это не так просто….
– Знаю, но, нагрузив себя учебой, ты не сделаешь разум яснее. Твои родители не знают причин, но чувствуют в тебе перемены. Они волнуются. Не хочешь это делать ради себя, сделай ради их спокойствия.
– Пытаюсь, – коротко ответила Кристина, вновь погрузившись в размышления.
Ей хватало самобичевания, но в устах Паши все переворачивалось с ноги на голову. Хоть Кристине и было трудно на него сердиться, сердце невольно кололо от гнева.
– Ты закончил свой сеанс психотерапии?
– Я просто пытаюсь донести мысль.
– Считай, что у тебя это получилось. Я все поняла, больше не буду грезить о призраках прошлого.
Паша посмотрел на нее с недоверием, но оставил мысли при себе. Девушка лишь с облегчением выдохнула.
Вот тебе и романтический ужин. Рука невольно потянулась к бутылке и опрокинула содержимое в бокал.
– Я никогда не узнаю правду, – сказала она, делая большой глоток вина. На этот раз оно неприятно обожгло горло. – Никто не узнает. Отлично, замечательно. Главное, что все живы и нашли точку опоры. Теперь все зависит только от меня. Время не лечит, лечит поддержка близких и родных людей.