– Но это лишь твои мысли, – грубо бросила Рита на его нападки. – Если бы ты действительно был таким правильным, то не стоял бы здесь и не угрожал тем, кто слабее в разы. В этом сила вашей общины? Брать толпой? Почему бы вам не оставить нас в покое? Наша общая история окончилась. Пора с этим смириться.
– Во-первых, никакой толпы здесь нет. Я один, а вас двое. Даже учитывая мою особенность, это все равно не честно. Во-вторых, ты глубоко ошибаешься, дорогая моя. Если бы история кончилась, наша встреча в Б. бы вашим последним воспоминанием. Но в этой ситуации все так просто, как вы думаете. Ох, как же вы не правы.
– О чем ты? – непонимающе протянула Рита. – В чем мы ошибаемся?
Вместо ответа – привычная ухмылка.
– Жаль, что твоя подруга содержит в себе все необходимое. Будь ты на ее месте, все было бы гораздо интереснее. За твой характер и упрямство я бы душу продал. Хватит разговоров. У меня не так много времени до того, как на нашу голову свалится еще большие проблемы. Прости за мою грубость, но у меня нет иного выхода.
Секунда, и следующее девушка помнила, словно в тумане. Лишь резкая слабость и полное отсутствие реальности. Пребывая на грани падения в бессознательную яму, Рита успела заметить, как пространство вокруг заполнилось необычной суетой. Резкие движения, громкие вопли, заглушенные слабостью и шумом в голове.
***
– Рита, очнись.
Девушка открыла глаза. Страх, что она не совладала со слабостью и допустила огромную ошибку, мигом завладел ее душой. Но паника сразу отпустила ее, когда она увидела Андрея. Не избитого и потерянного, а расслабленного, с легким беспокойством за здоровье девушки в глазах.
– Что случилось? Нас похитили? – суетливо заговорила она, пытаясь подняться на ноги и оценить обстановку.
– Не вставай резко. Этот урод умело тебя вырубил, не вскакивай, можешь опять сознание потерять. Давай, я помогу.
– Что случилось? – упрямо повторила девушка, с трудом справляясь с трясущимися ногами.
– Что-то из ряда вон выходящее.
Внезапный грубый голос бросил сознание девушки в бездну сомнений и негодования.
– Нет, не может этого быть, – прошептала девушка, чувствуя, как в один миг реальность переворачивается с ног на голову.
3
Кристина плыла в бесконечность. В темную мрачную, но такую манящую. На тело навалилась приятная слабость, глаза прикрылись от незримого блаженства. Все казалось реальным и фантастичным одновременно. Огромный черный простор, не имеющий границ и в то же время дающий разыграться воображению. Девушка не понимала, каким образом оказалась в таком невероятном месте, да и думать хотелось в самую последнюю очередь.
Кристина слышала голоса. Далекие, заглушенные собственными расслабленными мыслями. Девушка пыталась двигаться в их сторону, но с трудом шевелила даже пальцами. Поэтому она просто плыла по течению безвольным аморфным телом, без души и каких-либо чувств. Сама душа была высоко, ближе к свету. Она грелась в его лучах, наслаждаясь каждым мгновением близости. Кристина никогда в жизни не испытывала такое нежное и притягательное тепло. Разве это не было счастье? Ей хотелось купаться в нем целую вечность, ни на миг не возвращаясь к тому холоду, что испытывала ее душа в последнее время.
Но она понимала: без плохих последствий это не кончится. И от этих мыслей свет, окружающий ее, стал вдруг бледным, прокрались нотки прохлады. Кристина пыталась закутаться, стараясь сохранить остатки божественного тепла, но не могла. Руки, ноги налились свинцовой тяжестью, тело обмякло ее больше, словно кусочек бумаги, упавший в воду. Девушка испугалась, решив, что эта бездна собирается поглотить ее на веки вечные.
– Нет, нет, не хочу, – слабо прошептала она, пытаясь открыть глаза и очутиться в реальном мире. – Пожалуйста, помогите. Кто-нибудь. Я не могу пошевелиться. Свет и тьма вокруг. Они пытаются убить меня. Мне очень страшно.
Ее голос звучал в пустоту. Отдаленные звуки, похожие на голоса и долго затихающие, окончательно исчезли, что еще больше напугало несчастную девушку.
Неужели она здесь совершенно одна?
Здесь, в этом ужасно прекрасном месте? Где душа готова парить, но не способная вернуться назад? Здесь, где хочется плакать от счастья и страдать от пронизывающего страха?
Но где это – здесь?
Кристина открыла рот, пытаясь кричать, но выдавила из себя лишь слабый стон. С каждой последующей попыткой обозначить себя еще большая слабость накатывала ее изможденное тело. Спасение даже не маячило на горизонте. На него можно не надеяться. Только на собственные силы. Или же на чудо.