Малышку еще в начале июня увезли в какой-то навороченный детский лагерь. Она трогательно со мной попрощалась перед отъездом, написала мне открытку по-английски с пожеланиями хорошо провести лето и подарила браслетик на ногу — чтобы я «была на пляже самая красивая». Вот дети пошли! Девять лет, а она уже мыслит как взрослая женщина. Нет бы плюшевого мишку подарить любимой учительнице. Я искренно сказала, что буду без нее скучать.
Разъезжаются мои ученики. Вот и на курсах занятия закончились. После торжественного вручения сертификатов мои подопечные устроили целый банкет, на котором все веселились от души. Но мне было немного грустно оттого, что разговор на банкете все-таки шел по-русски. Я же ни на одном занятии, кроме первого, ни единого слова им не позволила сказать по-русски! Надеялась, что они достаточно привыкли к английскому и полюбили его.
Ничего, в следующие три недели мне будет из кого делать настоящего англичанина!
Вчера вечером мне позвонила Вера и сообщила, что план поездки меняется. Ее любовник с женой, они же — лучшие друзья семьи, отказались ехать. Подруга заговорщицким шепотом добавила, что его жена в последний момент засомневалась: хорошо ли, если ее супруг окажется в моем обществе. Именно в моем, не Веркином. Еще бы, добавила подруга от себя: привлекательная, свободная молодая женщина! Верка всегда употребляет по отношению ко мне слово «свободная» вместо «одинокая».
— Так что, Рябинина, поедешь с нами. Нечего две машины гонять впустую.
— У вас же Юрик с подружкой!
— Подружка отпала: рассорились.
— А приятель?
— У его приятелей, вернее, у их родителей оказались другие таны на лето.
— Вы специально обделили Юрика, чтобы меня взять!
— Да нет же, Рябинина! Ну, честное слово, нет! Хочешь, Юрку спроси. Он не соврет.
Юрка бодро подтвердил слова матери. Я ему поверила.
— Вера! Ну и поезжайте втроем, своей семьей. Я-то вам зачем?
— Мы и так друг друга каждый день видим. А тебя — не каждый. Ты нам для компании. Ты нам четвертую часть бензина оплатишь…
— Нет, Вер. Спасибо, но я, пожалуй, не поеду.
— Что стои-и-ишь, качаясь, тонкая-а-а Ряби-и-ина… — Это Гоша выхватил у жены трубку и пропел в нее хорошо поставленным голосом. Он часто меня так приветствует. — Алька! Прекращай ерундой заниматься! Куда я без тебя?! Мне нужен второй водитель.
— Но прежде ты как-то предполагал обойтись своими силами…
— А теперь понял, что не обойдусь. Ты едешь с нами — и точка.
Я вспомнила про тот сюжет в утренних новостях, который так сильно меня поразил. Мне вдруг стало легко и спокойно.
— Да. Еду.
Мне нужно попасть на юг, и как можно скорее. Однако оказаться в роли нахлебницы не хотелось, и я коварно добавила:
— При одном условии!
— Вер, она нам условия ставит! — удивленно протянул Гоша.
Я знаю Верино слабое место! Сын и его образование.
У Юры — амбиции. Он талантливый умный парень — отец с матерью постарались! Вдобавок еще и симпатичный. О своих положительных качествах Юрка отлично осведомлен и высоко их ценит. Когда зашла речь о выборе вуза, он категорично заявил, что намерен изучать международные экономические отношения.
Платное обучение сына Гоша вряд ли потянет. Юрик должен поступить в госвуз. Сейчас родители с трудом копят на репетиторов.
— Вера! Я поеду, если ты разрешишь мне мучить Юрку английским.
— Ты с ума сошла? Ты не гувернантка моему оболтусу! Ты едешь отдыхать, как и мы все!
Но я ее уговорила. Объяснила, что заниматься с Юркой в общепринятом смысле слова не стану — буду только разговаривать с ним с утра до ночи. В конце концов, он втянется так, что за уши не оттащишь.
— А тебе это что дает? — спросила подруга, сдаваясь, но до последнего стараясь быть справедливой.
— Удовольствие и языковую практику.
Вера хорошо меня знает. Она поверила.
А сегодня утром позвонил Алексей. Спросил, как мои дела и не изменились ли мои планы.