— Мальчишки! Мы вас люби-и-им!!! — От избытка чувств закричала Наташа. Ещё недавнее обращение «мужчины» не подходило для душевной экспрессии, что сейчас рвалась из груди. Эмоции переполняли.
— Как хорошо, что вы изобрели этот чудесный плот!
«Мальчишки», на данный момент времени, стояли на носу плота, увлечённые одной общей задачей: планомерным управлением своего плавучего дома. Титанических усилий для этого не требовалось. Управлялся плот легко, как и лодка, весельными гребнями, что вращались в неподвижно закреплённых опорах-уключинах. По правую сторону стоял Олег, по левую — Ваня. В центре, как и положено капитану, находился Вадим. В его компетенцию входило руководить навигацией, и где надо, предупреждать ошибки гребцов.
— Частить не нужно. — Спокойно-вещательный тон Вадима действовал положительно. — Мочите вёсла, когда лишь требуется правка. Течение здесь не шибкое, плот идёт ровно. А вот, когда река будет делать поворот… Я скажу когда… Тогда нужно поработать… Чтоб не закрутило…
— А девушкам дадите порулить?! Капита-ан! Я к вам обращаюсь! — Задорный голос Натальи был преисполнен кокетства.
— Обязательно! — Со спокойной улыбкой повернулся к девушкам Зорин. — Курс молодого гребца обязателен для всех. И для красивых амазонок, включительно.
— Ура-а-а!!!
— Сейчас, парни натешатся… Вы их поменяете…
Утро было одно их тех, что Вадим встречал каждый раз, проснувшись между пятым и шестым часом. Постоянным являлось: трава, мокрая от росы, щебетание ранних птиц, редкое и пока ленивое. Следующим пунктиком был костёр, и Вадим, отработанным движением воссоздал его, как это делал всегда, едва пробудившись ото сна. Воду, что Вадим начерпал с родника, тут же поставил на огонь, под чай. Следом будет разогреваться суп, а пока Зорин совершил прогулку на восток от лагеря, в прилесовую зону молодых лиственных деревьев, где и деревьев-то было по пальцам… Зато бесспорно царствовали кусты. Везде и всюду; густые и не очень. Визит сюда был не случаен, а скорее на удачу, которая Вадиму изменяла редко. Вскинутое вовремя ружьё и нажатый курок, вскоре завершил результат поиска. Выпущенная дробь-восьмёрка прервала полёт сначала одной, а потом же и второй куропатки. Вспугнутый Зориным выводок был не малым: семь-восемь пташек, но зацепил Вадим в силу возможностей только две цели. Одну из куропаток он нашёл живо, та уже отбила крылом и лежала бездыханна. А вот вторую пришлось искать долго. Подраненная птица ушла в заросли густого багульника, и пришлось долго и нудно, с матерками, продираться сквозь кусты в поисках добычи. Подранок, запутавшись в когтистых ветках, отчаянно агонизировал крылышками. Подняться он уже не мог, но жизни в нём было больше, чем в собратьях по несчастью. Трепыхаться бы ему и дальше, но Зорин доприкончил его ножом. Обе тушки сложил в целлофан, а затем в охотничью сумку. Суп супом, а вечером по месту высадки, тоже надо что-то есть. Будет лучше, если это будет мясо, а не НЗ, в виде консерванта.
Он вернулся в лагерь. Там было спокойно и тихо. Два скорых выстрела не пробудили никого. Сон юных следопытов был крепок и здоров. Заварив в ведре чай, Зорин подвесил над огнём котёл с супом и взглянул на часы. Часовая стрелка разменяла восьмой круг, а ближе к девятому, лагерь начнёт шевелиться. Что ж, пожалуй, до завтрака можно доделать не доделанное. Он отыскал топоры. Взял один из них, распихал по карманам гвозди, прихватил ножовку, и пошёл себе напевая, до вчерашней конструкции. Там на месте он приготовил колья, по два на каждый борт, забил и укрепил их поперечинами. Неожиданно вздрогнул, когда услышал голос за спиной.
— Николаич, никогда нас не зовёт. Всё сам, да сам!
Головной и Климов подошли незаметно, или просто за стуком топора он не услышал…
— Доброе утро, ребята. Девочки, не проснулись?
— Проснулись. Послали найти тебя, и привести на завтрак.
— Завтрак — это хорошо. Только вот какое дело. Я брезентовку не захватил. Кто-нибудь сходите до лагеря, принесите… Тут натянуть осталось. На раз плюнуть… Девочкам объясните…
— А где её найти? — Спросил Ваня.
Вадим объяснил. Ваня вернулся быстро. Олег не успел даже выкурить сигарету. Брезент растянули на колья, и получилась довольно милая беседка, внутри которой стало теневое убежище.