Зорин глядел на догорающий костёр, и от делать нечего, распалял воображение. Но картинки возникали, одна дебильней другой: подпольная лаборатория, вырезающая из похищенных людей органы; тайный бункер Третьего Рейха, где из ДНК Гитлера пытаются клонировать нового вождя и, наконец, упавшее когда-то НЛО и распространяющее гибельные ультразвуки… «Да, Зорин! Тебе самому пора в писательское кресло…»
Со стороны палаток послышался неясный шум, похожий на запальчивую речь одной из пар. «Вот ведь не зря не хотел вести группу через Заячьи… — Думал Вадим, присыпая меркнущие угли. — Знал, что так получится!» Вести людей в обход Заячьих камней можно, но, то значило забирать выше и дальше, делая солидный крюк. Это ещё два дня пути и потеря времени. А хотелось, побыстрее до Танхоя…
«М-да! — Думал Зорин, по обыкновению укладываясь в спальник. — Чёртова шпилька на горе, действительно, искушение для неискушённых». Он устало прикрыл глаза, настраиваясь на мягкое погружение в забытье, но возбуждённый мозг продолжал работать, выстраивая следующую цепочку умозаключений. «Как ни крути, а человек, затейся он на Холме какой-либо деятельностью, всё равно оставил бы след. Зацепку. Это ж элементарно. Для любых работ необходимо оборудование. Значит, нужен беспрестанный подвод техники. Неужели, хоть кто-нибудь из сторожил, не увидал? Не услышал? А что мы имеем… Абсолютнейший ноль информации и бабушкины сказки, взятые за основу. М-да-а… И ведь никакого шума оттуда нет. Ни эха, ни отголосков. Тишина…» Реальные версии, а вернее сказать приближённые к ним, были отшлёпаны трезвой мамкой-логикой и отсеяны, как бездоказательные. Оставалось примерять, хочешь, не хочешь, бабушкину страшилку. Но поверить в неё, означало стойко уверовать в существование всех леших, чертей и зловещих мертвецов из голливудской стряпотни. А если не влезать в крайность, выходило что-то третье… А что?
Вадим повернулся на бок и попытался успокоить мозг, но тот продолжал чеканить версии. Про таёжный морок он нисколько не преувеличил. Есть такое явление, и оно естественно для мест очень глухих. Сам он, покуда не видел, но деду верил во всём. А тот видел… Рассказывал, что в середине семидесятых, ещё до Вадькиного рождения, пришлось ему на Лыщёвской заимке зимовье править. Частенько выходил из избушки птицу подбить глухаря, а где и лисицу, коль повезёт. Лыжи у него были добрые: охотничьи широкие… И вот случилось однажды как обычно, ему на промысел под вечер собраться. Воздух был чистый-чистый. Солнца не было, но от ярко-белого снега слепило глаз. Не успел дед на восемнадцать локтей от сторожки отъехать, как чего-то обернулся, почуял движение какое-то сзади. И верно! Со стороны густых ёлок, на лыжах шпилила целая группа из восьми человек. Ехали в профиль к нему, и уходили в аккурат за избушку. Если от него смотреть, — с восточной стороны будет. Восемь их тогда насчитал дед. У всех были автоматы за спиной, и одеты были в «маскировку» под снег. Пока дед кумекал и соображал что к чему, что за военные и чего надо, группа исчезла так же, как и появилась. Дедушка, понятное дело, вернулся к заимке. Испахал своей лыжнёй весь действенный снег вокруг избушки, но следов лыжников НЕ НАШЁЛ. Ни следов от лыж, ни следов от палок… Словно группа прошла над снегом, не касаясь его. Запоздало трепыхнул страшок в груди, ёкнуло понимание, что попался то на морок. Ну, уж ладно. Верное средство, это сотворить крест по старинке. Оно, как будто легче становится. Что дед и сделал. Уже потом, как поделился историей с кем-то, ему растолковали… Что, мол, зимой на Лыщах, частенько этих вояк видят. Он не первый. И всегда их восемь, и непременно в белых комбинезонах. В краях этих, в войну то не шибко воевали, но партизанщина водилась. Вадька слушал деда, раскрыв рот. Дедушка никогда не врал и не терпел брехунов. Пошутить он мог, но, то было бы ясно, что шутит. Он смехом всё раскрывал. А тут, всё на полном серьёзе, да ещё с детальным описанием. Чу!
Потом, повзрослев, Вадим ещё не раз услышит подобные истории от местных сторожил. Кто-то видел конницу, на расстоянии двухстах метров, различая будёновки на головах, а кто тех же лыжников, что и дед. В целом, это выглядело как картинка. Причём, без звука и с приличного расстояния. Но находились рассказчики, что только слышали, но не видели. Насим, например, утверждал, что раз оказавшись в заброшенной безлюдной деревне, к вечеру под закат, явственно слышал мычание коров, блеяние, хрюканье и кудахтанье. Короче, все звуки ЖИВОЙ деревни. Очевидцев со звуками, было значительно реже, чем с картинками. Но, так или иначе, все таёжники сходились на том, что морок в тайге явление обыкновенное обоснованное и заурядное. Вреда от него никакого, но и хорошего не жди. Людям городским, со слабой неустойчивой психикой лучше ничего не видеть и не слышать. А коли понимаешь природу вещей, то, пожалуйста…