Он не стал торопить ребят с подъёмом, но они на удивление, сами не стали залеживаться, как бывало до девяти. Уже восемь часов утра команда перекусив вяленой олениной и доприкончив чай со сгущённым молоком, была вдохновлена на обратный путь. Понукать и указывать не приходилось: члены несостоявшейся экспедиции за две с половиной недели научились делать всё сами. Ретиво и быстро. За шесть минут были свёрнуты палатки, закопан мусор, упакованы вещи. Молодцы! А ещё говорят городские неженки… Вадим одобрительно пробежался взглядом по собранным лицам ребят. Было заметно, и по разговорам и по настроению: лимит на приключения исчерпан; сейчас всем дико хочется домой, к мягким подушкам и диванам. Желание, не без основания выстраданное и законное.
— Ну-с! Потопали благословясь! — С традиционной фразой Зорин бодро двинул группу на юго-восток Холма, откуда они взошли и отсчитали первые шаги движения. Навигационных познаний не требовалось: они попросту вернулись на просеку и пошлёпали обратным ходом до исходной. Всё ж, кое-какие отметки Вадим на стволах делал. Это была азбука, переродившаяся с годами в привычку. Она не была лишней, он лишь подстраховывала правильность направления. Вот и теперь Зорин с соломоновым спокойствием, через каждые триста метров отмечал свои насёчки-маячки. Маячки первоходов.
Просчёт вернуться до полудня оказался неверен: они вернулись намного раньше. Стрелка не коснулась десяти, они уж стояли на пепелище своего первого костра, что некогда поджаривала ляжку убитой косули. То был их первый привал и обед на Сером Холме и Вадим решил, что не претит им отдышаться перед спуском именно здесь на выходе их леска.
— Привал! — Объявил он, сбрасывая рюкзак. — Пять минут, нет десять… Свободного отдыха и перекура! Пожевать никто не хочет?
Разумеется, больше хотелось пить. Слитая в бутылку вода забулькала, преломляясь у горлышка, наполняя радостью сухие уста.
— Всё не выпивайте! — Предостерёг Вадим, глядя, как жадно все прикладываются к бутылке. — На спуске будет самый ай-я-яй…
— Оф-ф-ф… — Выдохнула Наташа, стягивая с себя тёплый свитер. — Погоду не поймёшь. С утра была такая холодрыга, а сейчас…
— Да-а уж. — Согласился Ваня, помогая девушке стащить лишний предмет одежды. — Действительно жарит.
Он трудно вчера помирился с Натальей и теперь остерегался умничать и расточать остроты.
Тучки, пугавшие с утра, не задержались и пока путники шли, небо полностью очистилось, оставляя лишь небольшое марево прозрачных облаков. Солнце, поднявшись над кронами сосен, обещало жаркий денёчек и Зорину подумалось, что может дождю и следовало прокапать небольшой партией. Было б легче дышать и жажда бы так глотку не сушила. Однако точно знал, в лёгкую дождь не прошёл, вылился в затяжной, а это грязь и проблематичность спуска.
Закуривший Олег сделал две глубокие затяжки и, выдохнув, прищурился, обращаясь к Климову:
— Ну, что, спец по моторам, какие планы после похода?
Ваня неуверенно пожал плечом.
— Да какие тут планы… Работать пора! Хватит, заотдыхался…
— Я не об этом, Ванёк. Может, посидим в цивилизованной обстановке? А, Николаич? Все вместе… Давайте к нам в Иркутск! У нас с Люси есть любимый ресторанчик. Я оплачу поляну! Ну и отметим окончание таёжных скитаний!