Баю-бай, крадётся Дрёма,
Он разносит сны по дому.
И к тебе пришёл - сопишь,
Ты уже так сладко спишь...
Глава 20. 1 августа
— А мне папа важенку обещал подарить! - девчонка на вид лет шести восторженно воскликнула, шустро подбежав к нашему квадроциклу.
— Важенка важенкой, а ты читать сначала научись, неугомонная, – в два прыжка настигнул её мальчик, такой же бронзово-загорелый, с раскосыми глазами и тёмными волосами, только чуть постарше.
Девочка протягивает мне рисунок, где цветными карандашами на зелёном фоне изображён олень, белый, около треугольничка-чума, бабочка и солнце.
— Вот моя важенка, я зову её Льдинка.
— Снежа! – одерживает брат, ты тараторишь, и я не могу и слова вставить. – на мой вопросительный взгляд мальчик объясняет. – Я сейчас вам переведу. Важенка – самка оленя.
— Теперь понятно. Спасибо, Гриша, – и я протягиваю кулёчек с печеньем.
Сегодня неподалёку от Морошки большой праздник, день оленевода. Четверг и пятницу я посвятила подготовке к празднику: из песочного теста готовила фигурки оленей и человечков. Формочки мне помог сделать Дёма. Он из консервной банки вырезал тонкие полосочки, а потом согнул их.
Мы ничего не продаём, просто решили съездить. Печенье я раздаю всем, кто повстречается. Мы сегодня - туристы. Мы гости этого место, так, как оно на самом деле и есть.
Стойбище, где проводится праздник, расположилось на небольшом холме, уже очень ровном, всю негустую траву утоптали копытами олени. Снимаю репортаж для двоюродной сестры. Маша осталась дома – остерегаемся трястись по ухабам на квадроцикле, Миша работает.
– День оленевода – особый праздник. Его в тундре ждут так, как во всей стране Новый год, – доносится с импровизированной сцены.
Девушки с бисерными украшениями на голове в ярких паницах готовятся к конкурсу национальных костюмов. Мне машет Юля. Мы познакомились десять минут назад, но я поражена её историей в самое сердце. Правда, ни за что бы не подумала, что так бывает. Она всю жизнь прожила в Нарьян-Маре. На старших курсах колледжа познакомилась с будущим мужем, а после выпуска её муж вернулся в тундру, продолжать дело отца, ямдать. Это значит кочевать с оленями. Преодолевать гигантские расстояния в поисках новых и новых мховых пастбищ. И Юля поехала с ним, Юле всего двадцать один, а она уже год как следит за своим передвижным домом - чумом, и каждый две недели складывает всё имущество семьи на нарты, чтобы двигаться со стадами оленей дальше. И по этом она ещё и успевает шить невероятной красоты национальные костюмы. Я конечно буду болеть за неё в конкурсе.
Но сначала здесь подведут итоги соревнований по национальным видам спорта. Только прежде финальное испытание – метание тынзея.
Дёма там участвует тоже. Почему? Спростите вы. Мальчик из Волгограда и ненецкий спорт. Вроде бы, никак не пересекающиеся вселенные. Но всё проще. В команде оленеводов один участник повредил руку при перегоне оленей, и Дёма вызвался его заменить.
Так же, как он обладает способностью везде за считанные секунды стать своим, я отличаюсь тем, что держусь максимально обособленно в обществе. И, что странно, на этом необыкновенном самобытном северном празднике и я немножко прониклась и вписалась в узорные мотивы ярких тундровых оргаментов. Приглядываюсь, и вижу в окантовке рукавов паниц и бисерных ободках не просто полосочки и ромбы, а чумы, оленьи рога, взлетающих гусей.
Вижу Дёму. Он ловко, будто годами тренировался сматывает тынзей в ровные кольца, замахивается, кидает. Тынзей - это, как мне объяснили, длинная верёвка, плетёная из кожи, ей ловят вот таким образом оленей. Но на соревнованиях его кидают на длинную палку - хорей, который используется, чтоб погонять оленей.
А дальше закручиваюсь в суматохе праздника, фотографируя малышей, рассевшихся на арбузах, доставленных сюда на вертолётах, резвящихся пушистых лаек - главных помощников оленеводов, бескрайние просторы - куда ни глянь, равнины до горизонта и низкое-близкое небо.