Мороз был в стольном граде лишь один раз. Ему тогда было чуть больше десяти лет. Владимир хотел, чтобы он развеялся после смерти родных.
Из той поездки Мороз запомнил лишь старого медведя в зоопарке. Он лежал в вольере и не обращал внимание на то, что по прутьям его тюрьмы стучали праздные люди. На седой морде медведя застыла такая тоска и безразличие, что было почти невозможно дышать. Просто хотелось лечь рядом с бедным животным и крепко его обнять.
Плечи Мороза тряслись, пока старый Князь не пришел за ним и не взял его за руку, чтобы увести.
Не самые приятные воспоминания.
- Мороз, ты знаешь, что я единственный ребенок в семье? - прервал мысли Мороза Великий Князь.
Мороз кивнул.
- И у меня нет детей, - помолчав, добавил Ярослав Ярополк.
Мороз похолодел.
Нет, только не это…
- Я хотел созвать собор, чтобы выбрать наследника из удельных Князей, - лицо Ярослава Ярополка страдальчески дрогнуло, - Давно пора было это сделать. До последнего я надеялся на Владимира, внука моего кузена. Но мы переписывались с братом, и я знал, что это за ребенок. Я не хотел такой участи своей родной земле. Но вчера… Я узнал сокрушительную новость. У моего брата всегда был ты. Владимир описал мне твою историю, и я понял, что ты - это то, что мне нужно. То, что нужно нашему государству.
Мороз стиснул пальцами свои ладони до боли.
- Я незаконнорожденный ребенок, Княже, - попытался возразить он, - Мои притязания на престол необоснованны.
- Если надо, сделаем тест-ДНК, - оживился Великий Князь, - Но думаю, таких мер и не потребуется.
Мороз с удивлением посмотрел на него.
- Ты никогда не видел мои изображения, когда я был моложе? - усмехнулся Ярослав Ярополк.
Мороз, не ожидая ничего хорошего, помотал головой.
- Мы похожи как две капли воды. Кровь моего деда была сильна. Сомнений в родстве возникнуть не должно, - спокойно пояснил Великий Князь.
Мороз пристально оглядел Ярослава Ярополка и вдруг заметил, что глаза Князя были какого-то непонятного цвета - то ли серые, то ли зеленые… Они меняли свой оттенок.
О, великий Перун! Разбудите его, пожалуйста, от этого кошмара! Мороз ущипнул бы себя, но его руки налились свинцом.
- Я не тороплю тебя, Мороз, - покачал головой Великий Князь, - Я понимаю, что для тебя это все очень неожиданно. Испытать такой шок за последние часы! Никому не пожелаешь. Пока я даю тебе время подумать. Тебе не обязательно соглашаться. Твой отец будет против моего предложения. Ты можешь отказать мне. Но я бы хотел, чтобы ты согласился стать моим наследником, и я бы смог объявить об этом. Собор - всегда крайняя мера. Так что я буду ждать твоего решения, каким бы оно ни было.
Мороз прикрыл глаза и едва заметно кивнул.
Думать сейчас не хотелось.
Пока он желал лишь одного - увидеть отца, живого и здорового.
***
Больница действительно оказалась хорошей. Просторная, чистая и светлая, с современным оборудованием.
Через несколько часов Мороз даже смог увидеть старого Князя. Его по большому блату (княжескому слову!) пустили в реанимацию.
Владимир был подключен к ЭКГ-монитору, ему поставили капельницу, по его лицу разлилась бледность, но, по крайней мере, он был в сознании.
Увидев Мороза, Владимир поспешно схватил его за руку.
- Я знаю, что тебе предложил брат, - сипло буркнул он, нахмурив брови, - Не соглашайся, Мороз. Я хочу, чтобы ты жил полноценной жизнью. Запомни, Мороз, престол - это не свобода. Это самая настоящая тюрьма. Золотая клетка. Ты больше не будешь принадлежать себе. Ты будешь принадлежать людям. Мороз, ты никогда не познаешь счастье! Потому что любовь будет для тебя закрыта. Тебя ждет брак по расчету. Ты будешь не дышать, а задыхаться, подчиняясь жестким правилам.
Мороз осторожно, боясь навредить, сжал его ладонь в ответ.
- Я пока не хочу об этом думать, - устало выдохнул Мороз, - Не могу до конца осознать, что произошло. Все слишком… Просто всего слишком. Поэтому я буду думать лишь о вашей безопасности. Меня к вам пустили на пять минут, но я буду сидеть у вашей палаты столько, сколько потребуется. Как вы себя чувствуете, Княже?
- Не Княже, а отец, - властно приказал Владимир, - Ты уверен, что желаешь быть здесь, а не где-то еще? Со мной все в порядке.
- В смысле? - хотел спросить Мороз, но запнулся.
Он вдруг понял, о чем говорил Князь.
Мороз осознал, что Азизи должен был уехать в Бабили сегодня. Но во сколько у него отправление поезда?
Успеет ли Мороз?
И стоит ли пытаться? Или просто сказать Азизи - останься, а там - будь, что будет?
- Беги, Мороз! Я тебя подожду. А твой Колдун - нет. Поторопись! Дай ему знать, что он тебе нужен, - мягко произнес Князь, и Мороз, дрогнув, вскочил на ноги.
С любовью погладив большим пальцем отца по ладони, он выбежал из палаты.
Так, внизу должен был остаться один из дружинников Великого Князя. Он поможет Морозу.
***
Мороз метался по зданию вокзала, как неприкаянный дух. Зал был большим, все видимые поверхности украшали белый мрамор и статуи, изображающие лесных животных - зайцев, лис, волков, медведей… Но Мороз не обращал внимание на архитектуру и богатство стольного града. Его интересовало только большое табло на стене у входа. Но на нем не было ни единого рейса в Бабили. Как там у них столица называлась? Шумар?
Мороза толкали и пихали люди, он дрейфовал в этом потоке, как одинокая лодочка, где-то вдали орал дружинник, потеряв его в толпе.
Ну, почему, почему здесь было столько людей? Будто наступил конец света, и горожане бежали из Древлянска, словно крысы с корабля.
Мороза вынесло людским потоком на перрон. Он зацепился каблуками за асфальт, чтобы остаться на месте.
Мороз выдохнул и схватил за руку ближайшего к нему человека. Невежливо было так делать, но ничего другого он придумать не смог. Мороз поймал женщину лет пятидесяти в цветастом платке, с объемистой сумкой в руках.
- Скажите, пожалуйста, вы не знаете, когда отправляется поезд в Бабили? - с надеждой спросил у нее Мороз.
- О, так ты опоздал, милок! - добродушно ответила женщина, - Минут десять назад об отправлении объявляли!
У Мороза ухнуло сердце. Всего десять минут назад! Каких-то жалких десять минут!
- Вон! Его видно отсюда! - дернула Мороза за рукав женщина и ткнула пальцем вдаль, - Алый поезд!
Действительно, железнодорожное полотно петляло, и можно было рассмотреть, как в солнечном свете растворялись красные бока состава.
Поезд отсюда казался совсем крошечным. Скоро его уже не будет видно. Морозу стало почти физически больно. К горлу подкатила тошнота.
Если бы у него сейчас были крылья, он бы взлетел и догнал поезд. Но у Мороза за спиной никогда в жизни крыльев не было.
И не будет.
Мороз сглотнул и прошептал:
- Спасибо, добрая женщина!
Он смотрел вдаль слезящимися от солнца глазами, пока поезд окончательно не растворился на линии горизонта.