— Это правда? — спросил Мороз, когда мы отошли от его няни на безопасное расстояние – безопасное, чтобы снова не дать ей накормить меня до состояния шара.
Госпожа Райс же, являясь женщиной разумной, сама подслушивать не стала. Просто подослала своих скелетообразных слуг, которые, делая вид, будто протирают невидимую пыль, грели свои невидимые уши.
— Что именно?
— То, что сказала твоя служанка.
Лекса в этот момент любовалась убранством гостиной, спрятанной подо льдом.
— Я не помню, головой ударилась, — пожала я плечами, сама с удовольствием рассматривая будто застывшую во времени комнату, где горел очередной магический камин.
Показалось, Морозушка завис.
На какое-то время просто замер, словно сам себя заморозил, но тут же пришёл в себя, скомандовав:
— Нам пора. Хватит таращиться.
— Куда пойдём?
— Узнаешь.
Подозвав попытавшуюся было прикинуться мебелью Лексу, я приготовилась к очередному перемещению, но Мороз в этот раз не стал пользоваться своей магией.
Скелеты быстро облачили нас в шубы, а их господин почти вытолкнул на улицу, ведя за собой в неизвестном направлении, и чем дальше мы шли, минуя редкие заснеженные дома, спрятанные то тут, то там, тем сильнее становилась тревога.
— Что-то мне страшно, — шепнула девушка.
— Не бойся, я с тобой.
— Вот поэтому и страшно.
Вот зараза а.
Морозу наша беседа была не интересна, но я-то видела, как то и дело он едва заметно поворачивал голову, пытаясь понять, о чём мы беседовали, и мне захотелось в этом убедиться. Ну и позлить его немного.
— А что ещё мой муж со мной делал?
— Леди…
— Я должна знать! А вдруг пока я была без сознания, он всячески надо глумился?
Тут Морозушка споткнулся, но сделал вид, что так и должно быть – суровые мужики не обращают внимания на веточки под ногами.
— Я не замечала за лордом особой жестокости к Вам, но, — чуть помедлила она, вздохнув, — в одну из ночей он пришёл к вам и заставил…
— Ну?!
Даже природа, казалось, затихла, чтобы услышать правду, не говоря уже о нашем господне.
— Заставил полностью раздеться и встать на колени. Что было дальше, я не знала – он выгнал всех слуг, а стены в его замке очень толстые, усиленные магически от прослушивания.
Господи, как же хорошо, что у меня нет воспоминаний настоящей Риссы, потому что я как раз догадывалась, что там было потом.
— Ясно. Идём.
Другой реакции на это признание у меня просто не было. Зато вокруг стало на пару градусов холоднее, и я поняла, что Мороз слышал каждое слово, и ни одно из них ему не понравилось.
— Ревность – это хорошо, — задумчиво протянул лис, зависая рядом. — Значит, не всё потеряно с нашим мальчиком.
Я сама чуть не споткнулась – хорошо Лекса вовремя подхватила. Благодарно ей кивнув, я скосила взгляд в сторону болтливого создания, уже подлетевшего к мужчине и обвившегося хвостом вокруг его шеи. Похоже, он и правда не видел пушистого, а значит, либо у меня всё-таки глюки, либо со мной всё равно что-то не в порядке.
Дожилась, что называется….
Пока я размышляла, что делать с воображаемым песцом мы пришли. Спустились вниз по безмолвной улице, почти никого не встретив, кроме мужика, до земли поклонившегося Морозу, а потом быстро юркнувшего в свою избу, и пришли к двухэтажному зданию.
Оно стояло в самом тупике – заброшенное, но красивое, оно могло бы стать уютной кафешкой или книжным, только сейчас там никого не было, а провалы окон с витражами взирали на нас с укоризной. Надо же, никто даже не разбил ни одного стёклышка…
— И на что я смотрю? — спросила я, развернувшись к загадочному мужчине, который тут же повернул голову в другую сторону.
Да-да, я тебе совсем неинтересна.
— Ты мне и скажи. Даю время до вечера, — вернул он себе невозмутимость, хотя с этим песцом в виде воротника выглядел, как-то городской сумасшедший. — Если до этого времени ты не придумаешь, как можно использовать это здание, платить будешь вдвое больше. Останешься моей собственностью до конца дней.
Что бы он ни задумал, ничего хорошего это мне не сулило.
— А Вам не кажется, что этого недостаточно? За день я смогу тут разве что порядок навести и то…
— Значит, сдаёшься?
Да фиг тебе.
— Идём, Лекса. — Я сама потащила девушку внутрь, и та с непередаваемым выражением лица пролетела мимо Мороза.
— Я-то здесь вообще причём?
Её причитание я пропустила мимо ушей, стоило увидеть всё то, что ждало нас внутри, вернее, останки чьей-то жизни, когда зажёгся тусклый магический фонарь на стене.
Тот, кто ворвался сюда однажды, действовал наверняка.
Везде лежали обломки некогда добротной мебели, осколки посуды, и это только на первом этаже. Что творилось выше, я боялась представить, но трудности меня не пугали – однажды мы с друзьями выкупили, казалось бы, совсем нерентабельное здание и устроили в нём кото-кафе.