— Ладно, давай вернёмся к плану.
Лекса оглянулась на дверь, словно нас подслушивали, а потом голос её перешёл в едва различимый шёпот.
— Вы хотели сбежать, когда услышали, зачем нужны мужу, но этот медальон, — указала она мне на шею, где я тут же нащупала украшение, спрятавшееся аккурат между прелестями, — не позволит Вам скрыться, и поэтому я нашла способ от него избавиться.
Всё остальное сразу перестало меня волновать, включая перемещение в чужое тело.
— И?
— Есть один… опасный человек по прозвищу Мороз. Он может выполнить любую просьбу, может избавить от любой магической привязки, сделать невозможное и даже, — совсем понизила голос она, — убить. Но придётся дорого заплатить за его услуги.
— Насколько?
— Он сам назовёт цену, когда всё будет сделано. Если Вы хотите в это ввязаться, я немедленно дам ему знать, потому что как только лорд поймёт, что Вы очнулись, бежать уже будет поздно.
Страшновато это звучало, но не страшнее, чем оказаться в полной власти какого-то психопата, тем более, дракона, решившего лишить тебя свободы, а заодно жизни. Я, конечно, плохо представляла, что за магия была у этой Нэриссы, да и вообще не понимала ничего из происходящего вокруг неё, только и на сон это было совсем не похоже.
— Хорошо, — я выдохнула, как перед прыжком. — Что от меня требуется?
Лекса протянула странную жидкость в стеклянном бутыльке, которая даже на вид не вызывала желания её пить, но я подозревала, что иного выхода у меня не было.
— До дна, — сказала она.
— Отрава?
— Будет плохо, да, но это даст нам время, пока я всё устрою. Вам нужно только продержаться.
Что ж… Господи, прими за лекарство.
Не сильно задумываясь о вкусе, я залпом опустошила содержимое, где-то в глубине души всё ещё надеясь, что очнусь дома. Тут средство сработало, заставив резко выдохнуть весь воздух из лёгких, прочувствовать-таки дивные нотки тухлятины в спирту, а потом замертво упасть обратно на спину…
В этот раз я словно пребывала вне тела.
Всё та же комната теперь предстала передо мной с другого ракурса, как и моё, распростёртое на кровати тело, над которым склонился длинноволосый брюнет с лентой в волосах и очень злобным взглядом. Рядом с ним стоял весьма дряхлый дед, разглядывая меня через пенсне.
— Что с ней не так? — нетерпеливо спросил, видимо, муж.
— Удар был гораздо сильнее, чем мы думали.
— Мне уже плевать – я заберу её магию и так.
И он реально схватился за свой ремень!
— Не получится, лорд, — вовремя остановил его лекарь. — Если рискнёте, получите сильный откат, и можете умереть вместе с девушкой – вы ведь женаты.
— Проклятье!
А он был даже красив, этот дракон, но красота его была будто лёд – голыми руками прикасаться к ней не хотелось. И пока я его рассматривала, рядом зависло что-то белое и пушистое, а следом прозвучал самый неожиданный вопрос, который мог прозвучал в данной ситуации.
— Нравится мужик?
— Не-а.
Я повернула голову и увидела песца.
Не фигурального, а самого настоящего, в синей дымке магии – он парил в воздухе будто призрак, с интересом глядя на меня рыжими глазами.
— А чего замуж-то попёрлась?
— Не помню.
Это было очень странное видение, и его удивление на звериной мордахе показалось очень забавным.
— Дела-а, — протянул он, всматриваясь в меня. — Ну бывай, свидимся ещё.
Не успела я ничего ответить, как лис исчез, а комната поплыла вместе с мужчинами. Их голоса слились в едва слышный шум, который вскоре стих, а перед моими глазами всё заволокло тьмой, отправляя меня блуждать в ней.
Не знаю, сколько я там провисела, но в себя привела Лекса, расталкивающая меня вот уже какое-то время.
— Леди! Леди, нам пора уходить, просыпайтесь же!
Состояние было такое же паршивое, как после экзаменов. Голова кружилась, желудок подскакивал к горлу, а во рту был привкус тлена.
— Что ты мне дала, а?
— Потом поругаетесь! Вот, — впихнула мне какое-то поношенное платье, — переоденьтесь. Притворитесь служанкой. Лекарь сказал, чтобы никто не смел Вас беспокоить – якобы ночь можете не пережить… Так что давайте пошустреее!
Еле-еле, не без помощи девушки, я влезла в чьи-то обноски, напялила платок и пригнулась к земле, изображая старушку. Впрочем, изображать её вообще не пришлось – так плохо мне не было даже в студенческие времена, а они не так давно закончились.
Сознание подводило, и всё чаще мне мерещились всякие глупости, пока девушка тащила меня всё дальше. Пару раз я, возможно, приложилась головой, но это не точно. А ещё где-то в ушах изредка слышался голос песца, и вот это, даже в таком состоянии казалось каким-то очень зловещим знаком.