Я снова была одета, но девушка оказалась права – сорочка на мне красовалась другая. Шёлковая такая, почти неприличная, а на груди, как раз там, где от прохлады выделились очертания сосков, бусинками были вышиты снежинки, и я бы даже посмеялась этой нелепости, если бы могла.
— Юморист, блин. Да что б тебе все женщины на свете отказали! — пожелала и тут же прикусила язык.
Если все женщины ему откажут, он же опять придёт ко мне.
— Леди, а Вы ничего не хотите рассказать? — с подозрением уточнила Лекса, но напоролась на мой суровый взгляд и замолчала.
Где-то прохихикал лис, правда, не появился, и я решила, что пока не разберусь, что он вообще такое, буду считать его глюком.
— Леди, вы проснулись? — к нам заглянул Эд, прикрывая глаза, словно его что-то могло смутить в наших ночнушках… разве что в моей. — Господин прислал вам наряды, чтобы вы переоделись, а потом спускались к завтраку. Могу я впустить служанок?
Мы переглянулись, и, судя по блеску глаз девушки, она мечтала увидеть это так же сильно, как и я, поэтому мы дали добро, и в комнату вплыли покрытые льдом скелеты в форме горничных, неся целый ворох одежды.
А потом началось…
Лекса кое-как отбилась, а вот меня взяли в оборот, то крутя, то прикладывая наряды к моему телу, словно я была куклой в их костлявых руках, и когда моё терпение приказало долго жить, а я уже собиралась прекратить этот кошмар в стиле Тима Бёртона, они перестали.
— Идеально, — резюмировали скелетессы, нацепив на меня платье, а потом развернули к огромному зеркалу.
Только теперь я смогла видеть свой новый облик.
Длинные волосы цвета тёмного шоколада струились по плечам крупными локонами, чуть сбившимися за ночь, и служанки уже споро укладывали их в причёску. Зелёные глаза смотрели на всё это растерянно, особенно на размер груди и бёдер, потому что сама я была довольно худосочной, а теперь можно было назвать меня аппетитной. И наряд, подобранный для меня, особенно это подчёркивал.
— Хм, теперь понятно, что его так привлекло, — пробормотала еле слышно.
— Вот и пользуйтесь тем, что природа дала, дорогуша, — посоветовала одна из умертвий голосом заботливой бабушки, а потом нас оставили, напомнив, чтобы не задерживались.
Делать было нечего.
Маньяк ждал, и мы с Лексой отправились за Эдом, который всё это время терпеливо ждал за дверью. Он повеселел только когда по воздуху поплыл аромат еды, и тогда поторопил, впрочем, я и сама проголодалась так, будто прежнюю владелицу тела всё это время морили голодом.
А может, так и было?
— Господин, леди пришли, — объявил нас скелет, проводив в столовую.
Мороз как раз беседовал с какой-то пожилой элегантной дамой вполне себе даже живого вида и попивал чай из милой фарфоровой чашечки, а стоило нам войти, напиток почему-то пошёл ему не в то горло.
— Ну что же ты, мой мальчик, — похлопала его по плечу женщина, с прищуром глядя почему-то на меня. — Девицы, конечно, милые, но ты же и краше видел? Подумаешь, пара прелестей… Четыре на двоих, но разве это повод так реагировать? Я тебя не так воспитывала, молодой человек.
— Няня, перестань. — Его голос мог бы заморозить ад, но няня не убоялась – очевидно, с детства она знала господина Мороза как облупленного и привыкла к его выкрутасам. — А вы двое садитесь за стол и ешьте. День будет долгий.
И вот этот намёк, адресованный мне, трудно было не уловить.
— Я Вам это припомню, леди, — прошипели Лекса, усаживаясь рядом, однако меня её угрозы даже не взволновали – стол был заставлен едой так, будто мы ждали появления ещё гостей.
Горы блинов с самыми разными вареньями, какие-то ароматные горшочки с кашей и мясом вызывали аномальное слюноотделение, а запах травяного чая с ягодами кружил голову. Желудок этому зрелищу так обрадовался, что с болью сжался, известив всех присутствующих громкой руладой, и повисла неловкая пауза.
— Девочка, — строго посмотрела на меня женщина, — а ты когда в последний раз вообще ела?
— Не знаю, — отозвалась я, полностью находясь во власти греха чревоугодия, а потому не заметила, как стало ещё тише.
— Лорд приказал неделю её не кормить перед свадьбой, — сдала дракона Лекса, и по столу прошла изморозь – это Мороз отчего-то злиться изволил.
Няня же отмерла, пока я сглатывала слюну, и, похлопав в ладоши, она призвала парочку скелетов с новыми блюдами, которые те принялись расставлять около меня.
— В этом доме никто голодать не будет.
Так, кажется, вот её я действительно должна бояться.
5
Из-за стола я не вышла – выкатилась, ощущая себя Колобком. Правда, от такого дедушки уйти я бы не смогла в любом состоянии, но кто меня бы спрашивал?