И прощание с ней в больнице. Смешно, что следующий раз, когда я ее увидел, она снова была в стенах медицинского учреждения. Картинки летят дальше. Я вижу, как красива она была с животиком, как поглаживала его. Как улыбалась мне в бассейне. Как стеснялась меня. Как расцветала на Рождество. Танцы с ней под мою любимую песню. И ее доверие мне в ту ночь ритуала.
- Фрост, все хорошо?
Она смотрит на меня с улыбкой. Явно смеясь с моего потерянного выражения лица.
- Я люблю тебя, Мира.
Эпилог
6 месяцев спустя
Утро субботы. Медленно тянусь в кровати и чувствую маленькую тяжесть в ногах. Тихий смешок слетает с моих губ, потому что воспоминания того, как я делала именно те “физические нагрузки”, что и подарили мне тяжесть в мышцах, пролетают в голове.
Медленно натягиваю на себя свою пижаму, которая была разбросана по полу, и бреду вниз. Ладно, не буду врать, не бреду, а почти пританцовываю.
Последний поворот и я замираю в дверях на кухню.
Фрост стоит у кухонного островка, спинной ко мне. Спортивные серые штаны обтягивают его попу, когда он двигается в такт своей любимой музыке. Он активно машет локтями и явно что-то мажет.
“Baby, What You Want Me To Do” (пер. “Малышка, что ты хочешь, чтобы я сделал”) поет Элвис Пресли и мой уже муж еще более искусно танцует, время от времени поглядывая вниз направо.
В какой-то момент он прокручивается вокруг себя с лопаткой у рта, как микрофоном, и замечает меня.
Улыбка расплывается на его лице, а в глазах появляется блеск.
Он тянет руки ко мне и я почти сразу подбегаю к нему. Волк легко крутит меня и мы почты замираем, когда песня заканчивается. Я прижимаюсь спиной к груди мужа, и он кладет свой подбородок на мое плечо, оставляя на шее теплый поцелуй и втягивает мой запах.
Мы с секунду оба смотрим на нашего сына, который полулежит в мягкой детской переноске на подставке.
Андрей или Эндрю, как его называет папа, держит погремушку наготове, чтобы снова подыгрывать Фросту. Он внимательно слушает, когда заиграет следующая песня и смотрит на нас с таким детским восхищением.
- Почему не разбудил меня?
- Подумал, что маме надо отдохнуть.
Я тащилась, как фанатка на рок-концерте, каждый раз, когда Фрост говорил эту фразу. Коленки дрожали. То, как много внимания Фрост дарил мне,- сквозь такие простые действия, поражало.
- Чем так вкусно пахнет?
- Тобой?
Мужчина оставляет еще один поцелуй, уже за ушком.
- Я не об этом, - смеюсь от счастья, которое так тихо дребезжит в воздухе.
- Наливай чай, сейчас все увидишь.
Еще несколько минут мы без слов крутимся на кухне. Я подхватываю малыша на руки и тоже пританцовываю под новую более спокойную песню, накрываю на стол.
- Садись за стол, красавица.
Муж забирает у меня малыша, и нося его одной рукой, другой подхватывает тарелку с…
- Вафли?
- Я хотел попробовать, то о чем говорила твоя сестра.
Я быстро хватаю одну и макаю в варенье, кусаю и тихо урчу от блаженства вкуса, закрываю глаза.
Вика приехала все таки ко мне. Оказалось, что оборотни договорились с ее боссом и специально не пускали ко мне. Когда она приехала, то на следующий же день отчитала Гера, как маленького мальчика. Лили, доктор, тоже была там. После нападения она очень сильно изменилась. Стала тихой и закрытой. Фрост не говорил, что с ней произошло. Я могла только догадываться, что могло так сильно изменить человека. Он только сказал, что с ней произошло, то, что могло случиться со мной. Там, в той клетке. И этого было достаточно.
Но когда моя сестра матюкала Гера на чём свет стоит, Лили начала хихикать. Наверное, все смотрели на нее в удивлении, а Гер еще и с каким-то шоком. Благоговейным шоком.
После этого Гер почему-то все равно предложил моей сестре работать в клинике в команде доктора Лили. И кажется, что теперь они не просто знакомые, а лучшие подружки.
И вот в какой-то из ее визитов к нам, она и рассказывала Фросту, как мы с ней в детстве объедались тонкими вафлями с вареньем или сгущенкой.
- Ты уже подумала над моим предложением? - Фрост отрывает меня от воспоминаний.
- Прости?
- Я предлагал сделать церемонию возле гор, когда станет теплее…
- Ааа, ты об этом...
- А о чем же еще?
- Ну, знаешь, вчера вечером было еще одно интересное предложение...
- Ясно, что ты запоминаешь лучше, - он поигрывает бровями. Ямочки появляющиеся на его щеках всегда, когда он сдерживается, чтобы не рассмеяться, заставляют мои мозги просто вытекать.