Малыш становится центром моего мира и я благодарна ему за это. Все обретает смысл, и пустота, которая была со мной со времени смерти родителей, и стала еще больше после ухода бабушки, затягивается.
Машина скрывается за поворотом, а я все еще стою на дороге.
Я потираю место укуса на шее, оно часто пульсирует, и в эти моменты, я вспоминаю о нем. Жалко, что я больше никогда не смогу окунуться в его объятия.
Мне их сейчас очень сильно не хватает.
Глава 4 (Он)
Ансбах, Германия, октябрь 2018
Знаете, какие сны самые ужасные? Где вы попадаете в аварию, или не можете выбраться из под обломков? Или где вы бежите под градом выстрелов, и пуля вас настигает?
Мне всегда казалось, что я за свою жизнь уже видел все плохие сны. Но те, что преследуют меня с момента вылета из Киева не пугают - они сами по себе прекрасны. Чертовски прекрасны.
Я вижу, как моя Мира, стоя ко мне спиной у окна, покачивает младенца на руках. Когда я подхожу совсем близко, она оборачивается и говорит мне что-то, мягко улыбаясь, а я вижу только зеленые глаза. Разве они у нее такие? Я не могу вспомнить. Там, в клетке, было темно, а потом я уже не всматривался особо.
Этот сон ужасен не тем, что я вижу картины прошлого или картины смерти. Этот сон не реалистичен и никогда не станет таким. Весь ужас в том, что я никогда не увижу этого своими собственными глазами. Обреченность захлестывает меня и я просыпаюсь, тяжело дыша.
На другом конце кровати мирно спит Сесилия, ее идеальный блонд блестит даже в свете луны из окна. Я хочу притянуть ее в объятия, но знаю, что ей это не понравится. Максимум когда я могу прижимать ее к себе - моменты, когда мы занимаемся сексом, но потом она резко отодвигается. Ей неудобно, а я молчу.
Еще после наших общих заездов на треке по субботам, если она выиграла, то может от радости обнять меня.
Это смешно, насколько сильно я зациклился на обьятиях. Разве так было раньше? Я всегда спокойно уходил после секса и мне не нужно было ничего больше. Для меня отношения не имели смысла, ведь если это не истинная пара, то зачем занимать место рядом с ней. А вдруг где-то ждет ее истинный?
Не строил отношений я уже давно, а сейчас захотелось. Захотелось о ком-то заботиться, обнимать по ночам. Сесилия была умна, интересна. Наша общая страсть к машинам и гонкам давала много тем для разговоров.
Но что-то было не так.
Я ложусь к ней и разворачиваю ее к себе лицом. Она сонно приоткрывает глаза и я включаю настольную лампу. Одна мысль пролетела в моей голове со скоростью света.
- Что? Зачем ты включил лампу, Фрост? - она полностью голая, но не пытается прикрыться, поправляет и так идеальные волосы и смотрит на меня с легким укором.
А я всматриваюсь в ее глаза. Там, между линий из желтого цвета, видны капли зелени. Светлая, молодая зелень. Очень незаметно при дневном свете, но сейчас я смог увидеть, благодаря тому, что зрачок сжался от яркого света.
Вот я и нашел вторую часть того предсказания ведуньи. В первой я должен был защитить Диану, свою сестру, а во второй найти и не упустить зеленоглазку. Ну, теперь главное понять, какая роль Сесилии во всем этом.
В это время Сесилия ведет рукой по моему телу, явно зная, что делает, сжимает мой член. Она полагает, что я разбудил ее для этого. Очень опытная и умелая партнерша умеет меня отвлечь. Но мне с ней постоянно чего-то не хватает.
Или кого-то…
Глава 5 (Она)
Киев, ноябрь 2018
Нежно-розовые стены, жалюзи персикового цвета, милое постельное белье, но я все равно снова в больнице.
Даже идеальные условия этого места не помогают мне расслабиться. Первый толчок малыша был недели три тому назад. Мне кажется, толчки были и раньше, но сейчас удары становились сильнее.
Вика прекрасный врач, и я доверяла самое ценное, но даже она не могла скрыть своего волнения. Что-то было не так.
Нет, она мне все говорила максимально четко, не лгала, не уклонялась, чтобы я не придумывала лишнего. Плохой анализ крови, нужно взять то, потом еще сделать этот тест...
Ребенок был в порядке, а вот я, как оказалось, была не готова к беременности.