Боль приходит резко. Она отрезвляет. Слишком большой. Черт, я была не готова. Очень не готова. Волк останавливается, только когда тихий крик слетает с моих губ. Я чувствую, что он смотрит на меня. Но я боюсь открыть глаза. Боль пульсирует внизу и я вдавливаю ногти в его спину в глупой попытке отомстить, выхлестнуть это чувство на него.
И тут он совершенно меняется, я чувствую, как мышцы спины расслабляются. Он приходит в себя.
Приоткрыв глаза, я вижу, как он разглядывает удивленным взглядом мое лицо, искаженное болью, спускается взглядом к груди, кожа которой очень сильно горит и завтра точно будут видны следы его укусов.
Он склоняется к моему лицу, заглядывая в глаза, а потом начинает очень нежно покрывать поцелуями кожу, волосы, все к чему он может дотянуться. Что-то шепчет в промежутках, но я не слышу. Метаморфоза настолько сильна, что я перестаю зажиматься. Он медленно выходит из меня. И спускается поцелуями все ниже и ниже.
Когда я понимаю, что он собирается делать, я тяну его за руку, пытаясь свести бедра вместе, но он опять укоризненно смотрит мне прямо в глаза, а потом переплетает наши руки. Я вижу, как шаловливая искра вспыхивает в его глазах. А потом начинается “вау”.
Когда я кончаю, он поднимается и смотрит на мое лицо. Впервые вижу такую улыбку на его пухлых губах и просто замираю. Когда немного прихожу в себя, он начинает целовать меня очень глубоко. Его мужской запах сводит с ума. Я начинаю постанывать и тереться об него.
Волк не ждет приглашения. На этот раз он входит легко. Первые движения смотрит мне в глаза, заглядывая в мою душу.
Когда чувствую, что он уже близко, я опускаю руки на его пятую точку и сжимаю. Он делает рывок и я содрогаюсь, кончая. Он же не останавливается. Я чувствую, как меня распирает изнутри. Его накрывает удовольствие и я удивленно смотрю, как по его лицу проходит волна изменения.
Он упирается лбом мне в грудь и тяжело дыша, останавливается. Мы оба в испарине.
Я ерзаю под ним, пытаясь уменьшить растяжение, но волк рычит. Вибрация проносится сквозь все мое тело, и я удивленно смотрю на него.
- Просто не двигайся, мышка. Оно скоро уйдет назад. Это особенность моего вида.
- Я не мышка, у меня есть имя.
- У меня тоже есть, но ты только что звала меня волком, так много раз, что теперь я не уверен. - он смеется так весело, что мне тоже хочется с ним. Я плохо помню, что только что шептала.
- Да, я помню, Фрост.
- Угу, и как зовут милую мышку подо мной?
- Не находишь, что это странно спрашивать, когда ты еще во мне? - я смеюсь, а вот он очень серьезно смотрит. Потом опускает руку мне на сосок, и очень быстро прокручивает его. Курок нажат. Удовольствие простреливает меня, мышцы сжимают член волка, и он стонет, закрывая глаза.
Когда волна уходит, я встречаюсь с ним взглядом. Лукавым взглядом довольного волка, который сейчас больше похож на сытого кота, наевшегося сметаны.
- Нет, уверен, что лучше момента не найти. - он выходит из меня, и ложится на спину, полностью перетягивая на себя. Я медленно вожу рукой по его груди.
- Мира, Мирослава.
- Ммм, неплохо, но мышка мне нравится больше. - я слегка стукаю его по груди.
Пытаюсь встать, чтобы пойти и смыть пот с себя. Но Фрост резко садится, перехватывает меня поперек живота, и дыша мне в затылок, говорит:
- Не надо, не смывай мой запах с себя. - он почти что просит.
- Я только смою пот немножко, хорошо?
Я одеваюсь, и быстро ухожу.
Когда холодная вода касается моих рук, я слышу звук открывающейся двери.
Шаги, и куски мяса шлепаются об пол. Я очень давно не ела, и кажется, что мой желудок уже сложился вдвое. Я пью воду, чтобы хоть чем-то его забить.
Когда выхожу, то волк стоит возле мяса. Но я вижу в его руках кое-что и мне кажется, это праздник. Это неправда и я сплю. Или волк все таки наказал меня в тот первый день. И сейчас я лежу где-то в луже своей крови, а это все бред.
Он подходит ко мне и дает две отварных картошки в мундире. Еще две держит в руке.
- Не надо съедать всё сразу, ты очень долго ничего не ела.
Я в шоке киваю головой, и иду к койке. Картошка, после стольких дней, кажется, чем-то нереальным.
Волк быстро съедает свое мясо, сидя на полу. Когда он подходит ко мне, и пересаживает к себе на колени, я все еще ем. Он просто смотрит на меня и слегка улыбается.