— О, да, — довольно улыбнулся Виктор. — В корчме “Логово”. Да как избил, скажу я вам. Не драка была, а сказка. Трое богатырей разлетелись как сухие листья. А парень даже не вспотел. Представляете?
— То есть вы одобряете нападение на человека имперской крови? — зло спросил Алексей.
Улыбка исчезла с лица Виктора. А глаза снова стали колючими и злыми:
— Вы неправильно поняли. Это ваши отпрыски всемером напали на одного Морозова. И просчитались. Мой им совет: впредь пусть трезво оценивают силы. И уделяют больше времени тренировкам.
— Семья этого так не оставит, — вспыхнул Долгорукий.
Виктор лишь пожал плечами:
— Придется. У Синода большие планы на младшего Морозова. Скажем, на несколько миллионов. А ваша глупая месть может… помешать воплощению планов. И в этом случае Синод будет защищать свои капиталовложения. Всеми силами и средствами поддерживая семью Морозовых. Вы же понимаете, на чьей стороне будет победа?
Он вопросительно посмотрел на Долгорукого и, не дожидаясь ответа, продолжил:
— Так что я настоятельно советую забыть о том, чтобы хоть как-то мстить Морозову. Вопрос с Императором уже решен.
— Вы не понимаете, — возразил было Долгорукий. — Это нападение на…
Это было опрометчиво. Глаза гостя вспыхнули багровым огнем. А девушку, которая до этого момента стояла молча, окутали электрические разряды. Между ладонями заиграла шаровая молния. Свет в комнате замигал.
— Вы не понимаете, князь? — спросил Виктор. И Долгорукому показалось, что голос парня словно расслаивается. Будто говорят несколько человек. — Если с головы Морозова упадет хоть волос — я вернусь. И разговор между нами будет другим. И Император вас не прикроет.
В рукаве гостя зазвенела цепь. Он взмахнул рукой — и Долгорукий отпрянул. А в столешницу вонзился обоюдоострый гарпун, к которому была примотана небольшая флеш карта. Парень дернул ладонью, и гарпун послушно вернулся в руку. А вот флешка осталась лежать на столешнице.
— Посмотрите видео, — посоветовал он. А затем спокойно развернулся и вышел из кабинета.
Девушка, которая за время беседы не проронила ни слова, последовала за ним. Оцепенение начало понемногу проходить. Алексей потянулся к лежавшему на столе телефону. Выбрал в списке номеров нужный и вызвал абонента.
— Слушаю Алексей Иванович, — послышался из динамика голос Главы Синода Снежинского княжества.
— Федор Петрович, ко мне только что приходил человек. Виктор Круглов. Сказал, что он представитель Синода.
На несколько минут в трубке послышалось молчание. Затем Глава Синода осторожно сказал:
— Простите, не успел вас предупредить. Он прибыл в город частным рейсом. Отметился в Синоде и направился к вам.
Лицо Алексея почернело от злости:
— Хочу сообщить вам, что этот Виктор Круглов работает не совсем законными методами. Посмел мне угрожать, — зашипел он в трубку. — Кто такой? Аристократ? Из какой семьи?
— Он… из другой страны, — уклончиво ответил Глава Синода. — И методы у него весьма… своеобразны. Но я очень советую прислушаться к его словам, Алексей Иванович. Парень обладает практически неограниченными полномочиями. Так что попытайтесь замять конфликт. И еще: советую вам выкупить запись с камеры наблюдения “Логова”. Пока ее не купили журналисты.
— Мне придется отправить жалобу Его величеству, — произнес Алексей, стараясь, чтобы голос прозвучал как можно более угрожающе.
— Император уже осведомлен о событии, — возразил Глава Синода. — Так что вы можете попробовать, но ответ будет таким же. Очень советую вам поговорить с сыном, Алексей Иванович. Чтобы не произошло чего нехорошего.
Телефон замолчал, и великий князь со злостью швырнул аппарат на стол. Покосился на флешку. Затем взял ее, вставил ее в стоявший на столе ноутбук. Открыл файл с видеозаписью. И уставился на экран.
— Отец!
Долгорукий-младший появился в кабинете через пять минут. Алексей оторвался от экрана и со злостью посмотрел на сына. Но тот словно бы этого не заметил:
— Воевода говорит, что людей не даст.
— А зачем тебе понадобились дружинники, сынок? — вкрадчиво спросил Долгорукий-старший.
— Ну чтобы проучить Морозовых, — запнувшись ответил Петр. — Ты же сам говорил…
— Я говорил, что подумаю, — рявкнул Алексей, закрывая ноутбук.
— Но они же опозорили семью, — начал Долгорукий-младший.
— Они опозорили? — тихо прошипел Александр. — Вы пришли в бар. Всемером. Спровоцировали Морозова. И он отделал троих как бог черепаху. За минуту! И это они опозорили род?
Последнюю фразу великий князь выкрикнул. Так что сын остановился, удивленно глядя на отца. На его памяти впервые Алексей был настолько зол.