— Ну, может ты и прав… — задумчиво протянул старый сапер. — Ладно, я пока ваши телефоны на полную заряжу, да спальные места подготовлю. Подъем ранний будет, сразу предупреждаю!
— Договорились. И еще раз спасибо, Егорыч! Выручил во всех смыслах!
— Да иди ты, старлей, нашел, за что благодарить! По моим меркам — ну, ты в курсе, о чем я, — ты вроде как из дальнего разведвыхода вернулся. Так что отдыхай, утро вечера мудренее, тут ты прав. Единственное, пистоли ваши мне отдай, тоже припрячу. Тут они вам не понадобятся, а на виду их держать — себе дороже. Пошли, поможешь со спальниками разобраться, уложу вас, да домой рвану, чтобы Елена Павловна не нервничала. А часиков в восемь вернусь, побудку сыграю и завтрак обеспечу. Да и машину заправить нужно, вдруг еще куда ехать придется…
Вызов приняли на третьем гудке, и в непривычной трубке — за десяток лет Степан уже успел отвыкнуть от кнопочных телефонов, — раздался знакомый голос:
— Слушаю?
— Привет, бать, это я… — заранее заготовленная фраза прозвучала откровенно фальшиво, еще и горло внезапно свело предательским спазмом. Что говорить дальше, старлей просто не знал.
— Здоров, сынок, вернулся? — голос отца казался совершенно спокойным, вот только Степан даже не догадывался, чего это стоило бывшему десантнику. — Давно?
— Вчера, — автоматически ответил старлей, еще не успев осмыслить сути заданного вопроса. — Погоди, так ты знаешь?! Егорыч рассказал?
— Егорыч тут ни при чем, сынок. Да и что он мог рассказать-то? Нес какую-то ахинею про твой перочинный нож, что на Малой земле его поисковики откопали. Тут другое… короче, не телефонный разговор. Ты с комбатом уже связывался?
— Нет пока. Да и прямого номера не знаю, не на КПП ж по телефонному справочнику звонить? Собственно говоря, в моей ситуации лично явиться для доклада положено.
— Тогда и не спеши, сперва хочу твою историю выслушать, а уж там решим, что Максиму Владимировичу рассказывать, а что нет. Вместе к нему поедем, все равно давно собирался старого товарища навестить. Маме что говорим?
Алексеев облегченно выдохнул, позволив себе чуть-чуть расслабиться:
— Ну, насколько понял из объяснений Виктор Егорыча, я вернулся со спецкурсов перед отправкой в загранкомандировку в некую жаркую страну, так?
— Ну, да, типа того… — смущенно ответил отец. — А что я должен был придумать? Знал бы ты, каково мне было, когда Ткачук позвонил да известием огорошил. Хорошо, еще в Афгане отучился по первому же поводу в панику впадать. Да и чувствовал я, что ты живой, вот хочешь, верь, хочешь — не верь, но чувствовал. Точнее — знал…
В трубке сдавленно вздохнули, и на несколько секунд воцарилась тишина. Судя по звукам, отец торопливо закуривал.
— Верю, бать, вот честное слово — верю! И, знаешь что? Ты даже представить себе не можешь, о чем я тебе при встрече расскажу.
— Догадываюсь, — успокоившись, буркнул Валерий Сергеевич. — Все, отставить сопли! Через пару часов смогу выехать, только машину подготовлю. Добро?
— Не нужно, бать, сам приеду, рейсовым автобусом, они практически каждый час ходят. Так лучше будет, потом объясню, почему. А вот затем нам с тобой, возможно, и придется покататься, и в Новороссийск, и в Темрюк. Как выеду — отзвонюсь, договорились? Маме привет, уже можно сказать, что сынок с курсов живым-здоровым вернулся, — Степан, не сдержавшись, фыркнул. И, поколебавшись, добавил:
— Бать, и это — спасибо тебе!
— Да за что, сынок?! — искренне не понял Алексеев-старший.
— Просто за то, что верил в меня, что ждал, — ощутив, как подозрительно защипало глаза, морпех торопливо завершил разговор. — Все, батя, пора бежать, иначе на автобус опоздаю. Конец связи, тарщ майор!
— Связи конец, тарщ старший лейтенант, — глухо ответил десантник, сбрасывая вызов.
Осторожно, словно неразорвавшуюся ручную гранату, положив смартфон на стол, до хруста в пальцах сжал кулаки. Несколько раз с силой вдохнул-выдохнул, успокаивая взведенные до предела нервы. Вроде все, попустило…