Другой причиной было то, что Марихат хотела смотреть в глаза Ворикайну в тот момент, когда его уничтожит. Хотела видеть ненависть и обречённость в его глазах, понимание того, что именно она принесёт ему гибель.
Раз любви, верности и раскаяния дождаться не получилось, что ж? Возьмёт то, что сможет.
У палатки лорда Молний, как и полагается, стояла охрана. Марихат расправилась с ними легко, в два счёта. Не пришлось даже магию применять, хватило простого, доброго боевого кинжала.
Отведя полог палатки в сторону, она шагнула внутрь.
Ворикайн сидел за столом и что-то писал. При её появлении он поднял голову. Как и всегда, отлично владея собой, не позволил выказать не то, что страха – даже удивления. И то, как ему удавалось держать лицо, ещё больше выводило из себя Марихат.
О! Как бы ей хотелось видеть его сломленным! Скулящим у её ног!
Что за душа у этого человека? Чтобы она не делала, он всегда оказывается на один шаг вперёд. Его ум, его бесчувствие, порождающие желание, наконец-то добраться до его сердца, понять и постичь его душу, раз за разом заставляли Марихат отступать в последний момент. Щадить его жизнь.
– Вижу, ты не можешь и двух часов прожить без свиданий со мной? – потянувшись к концу стола, Ворикайн положил тонко очинённое перо рядом с чернильницей. – Даже встреча с инкубом не смогла полностью погасить твой пыл? Что ж? Я польщён.
Он попытался подняться, но, по велению Марихат выползшие из земли корни оплели его тело, крепко привязав к креслу. На мгновение лицо Ворикайна исказилось яростью, но гримаса тут же сошла с лица. Оно вновь сделалось приветливым и высокомерным. Да, странное сочетание, но в его случае возможное даже привычное.
– И что дальше? – выжидающе взглянул он на Марихат.
– Дальше, любовь моя, как в любом пафосно-слащавом любовном романе будет прощальная речь. И неизбежный финал.
– В предыдущую нашу встречу у меня создалось впечатление, будто ты видеть меня больше не хочешь?
– Это правда, но уйти молча, не попрощавшись… Да и что значат несколько минут промедления по сравнению с вечностью, Ворикайн?
Марихат ниже склонилась к натянутому, как струна, любовнику. Так, что её светлые волосы скользнули по его плечу, а щека почти прижалась к его щеке.
– С вечностью, которая есть у меня, – зашептала она, – и которой у тебя не будет. Знаешь, что в длинной, бесконечной Вечности самое важное, мой дорогой? Что позволяет не потеряться, не раствориться в ней? Мой змей-отец часто любил это повторять, и теперь я склонна с ним согласиться: нет ничего важнее, чем верность.
Ворикайн поднял голову и с вызовом заглянул в глаза ведьме.
– Чего ты от меня хочешь, Марихат?
– О! Было время, когда я хотела от тебя очень многого. Но те времена в прошлом. Сейчас меня вполне удовлетворит… твоя смерть.
– К чему же тогда тратить так много слов?
– В твоих интересах, чтобы их было побольше. Ведь пока я говорю – ты дышишь.
– Чтобы ты не думала обо мне, признай, трусом я никогда не был?
– Да. Это правда. Хотя иногда я склоняюсь к тому, что дело не столько в самообладании, сколько в самоуверенности. Ты привык полагаться на удачу. Но в этот раз она тебе не поможет. Не стану кривить душой, мне больно отнимать твою жизнь. Всё ещё больно, несмотря ни на что. Но я сделаю это. Только так я смогу вырвать эту занозу из своего сердца.
– Занозу?..
– Мою к тебе привязанность, – пояснила Марихат. – Мою слабость. То, что раз за разом обессиливало меня и давало силы тебе. При других обстоятельствах это могло бы стать любовью, но ты предпочёл сделаться моим врагом. Я смогла бы смириться с тем, что ты так и остался равнодушным ко мне, если бы ты вновь не встал на моём пути. Но на этот раз твоё самомнение сыграло с тобой плохую шутку, Ворикайн. Но есть и хорошая сторона вопроса. В память о моей любви к тебе, о нашей дочери, я убью тебя быстро. Ты не будешь мучиться.
– Это очень утешает, – с сарказмом процедил мужчина через зубы, тряхнув головой, отчего светлые пряди волос упали ему на лицо.
– Я знаю, ты гордый человек. И тебе хотелось бы уйти, не потеряв достоинства.
Ворикайн сжал челюсть. Их взгляды скрестились и, заглянув в глаза женщине-змее он, видимо, прочёл в её взгляде неотвратимость смертного приговора.
– Нереин никогда не простит тебе моей смерти! – процедил он.
– Я найду способ убедить её в том, что я к ней не причастна.
– Ты опустишься до лжи?
– Почему это тебя удивляет? Да, опущусь. А ещё я подарю ей вечную молодость, власть и магию. Я вырву её из мира людей, где ты мечтал заточить её. Мы будем счастливы в новом мире – мире без тебя. И я не остановлюсь на этом, моя любовь. Я уничтожу всё, к чему ты стремился. Сорву корону с голову твоего названного брата и верну её законной владелице. Я стану контролировать каждый шаг Разии, а через неё – и ваш маленький, скудный людской мирок, лживый и порочный. Так будет. И ты уже ничем не сможешь мне помешать. Потому что будешь окончательно, бесповоротно мёртв.