– Ты действительно веришь в то, что нам наплели? – отозвался его невидимый собеседник.
– А что не так?
– Даже и не знаю. Но этот красавчик в алом плаще – у меня от него мороз по коже. Да рядом с ним даже собаки не воют! Они, откровенно говоря, вообще стараются держаться от него подальше. А лошади?.. Ты видел, как бесятся кони, стоит этому щёголю приблизиться?
– Что ты хочешь сказать?
– Да будь я проклят, если этот малый священник! – вот что я хочу сказать.
– Мужик, может быть, и не священник, но баба-то точно – ведьма. Смотри!
Марихат услышала шелест разворачиваемого пергамента и поняла, что мужчины склонились над картой.
– Сейчас мы вот здесь. Храм – тут. Расстояние не больше шести дней пути. А там мы от них избавимся, и – будь здоров! Как видишь, наш щёголь прочертил прямой маршрут.
– Он ведёт нас сюда?
– Естественно! Ведь это самый прямой путь
– Ага! Через реку, – с сарказмом возразил ему собеседник, – через сотню лиг непроходимых лесов и горный перевал. А знаешь, как называется лес?
– Как?
– «Пойдёшь – не вернёшься». Многие люди терялись там и после этого их уже больше никто не видел. Скажи, ты сам хоть раз бывал в этих местах?
– Нет, – после недолгой паузы отозвался второй.
– Естественно, – снова прозвучало с усмешкой. – Вот и я – нет.
Марихат продолжала притворяться бездыханной, по капле собирая информацию.
Шесть дней пути по лесу и горному перевалу – это хорошо. Есть время – есть шанс сбежать.
– Настоятель сказал, что это лучшая карта в наших краях, а Ардор Дрейк лучший проводник, какого только можно сыскать в этих землях.
– Эй? А ты уверен, что эта тварь… ну, в смысле, ведьма… она нас не слышит?
– Да не парься! Без сознания она. Ей в питьё подмешали сильное снотворное, способное пятерых мужиков с ног свалить.
Марихат почувствовала, как тепло приближается к лицу и даже сквозь сомкнутые веки ощутила присутствие света – видимо, один из мужчин поднёс факел к её лицу, решив проверить слова собеседника.
– Выглядит совсем ребёнком, – с сожалением проговорил мужчина – тот, что задавал меньше вопросов.
Тот же, в чьём голосе всё время звучал сарказм, ответил:
– Не заблуждайся. Эта мерзость убила весь отряд и нашего славного лорда Молний в придачу. Чем быстрее доставим её в аббатство, тем лучше. Да сгинет в небытие это исчадие ада!
Голоса мужчин резко стихли. Их разговор оборвался присутствием кого-то третьего.
– Мой лорд?
– Ступайте, погрейтесь у огня, солдаты. Я сам постерегу пленницу.
Приглушённые шаги свидетельствовали о том, что приказ был послушно исполнен.
Марихат едва сдержалась, чтобы не открыть глаза, когда мягкий, тягучий голос раздался над самым её ухом:
– Бороться нет смысла, женщина-змея. Как и притворяться. Между нами кровная связь, я чувствую твоё состояние. И знаю, что ты сейчас не спишь. Так что…
Марихат открыла глаза. Инкуб стоял совсем близко.
– Ты снова посадил меня в клетку? – протянула она, проведя рукой по ошейнику, окольцевавшему её тонкую шею. – Как и все твои собраться, любишь жёсткие игры?
– Ну, тут ещё вопрос, кто из нас двоих любит пожёстче, – парировал инкуб.
Голос его по-прежнему звучал мягко, но ядовито.
– Поздравляю с победой, змея: лорда Молний больше нет.
Усмешка сошла с губ Марихат и она с неприкрытой ненавистью уставилась в лицо новому врагу.
– Придёт и твой черёд! – прошипела она обещание.
Но, судя по всему, её угрозы не произвели особого впечатления. Упырь чувствовал себя неуязвимым. Ещё бы! Он-то свободен, в то время как она скованна по рукам и ногам, валяясь в пыли у его ног. Ну, ничего! Ей не привыкать. Не раз и не два жизнь выбрасывала её на песок, словно рыбу, но каждый раз, дождавшись прихода новой волны, она разила своих врагов.
Так будет и впредь.
– Какое непривлекательное украшение пришлось нацепить на такую красавицу, – наигранно протянул Ардор. – К сожалению, необходимая предосторожность. Я не могу рисковать. В прошлый раз я недооценил остроту твоих клыков…
– Ты действительно намерен отдать меня монахам? – спросила Марихат.
– Конечно, нет. Это было бы опрометчиво с моей стороны. Всё равно, что бросать жемчуг свиньям.
– Так чего тебе от меня надо?
– Да немного, моя серебристая змейка. Понимания. И чуть-чуть любви.
– Любви и понимания? – усмехнулась Марихат зло. – Как мило! Хотелось бы верить, но что делать со знанием о том, что такие, как ты, любви не просят – такие, как ты, берут, и не платят.
– А такие как ты, умеют заставить расплатиться несмотря ни на что, разве нет? Я взял твоё тело, ты – мою кровь, почти забрала мою жизнь. И всё же я не держу на тебя обиды. И не волнуйся, я и пальцем до тебя не дотронусь, пока не попросишь.