– Постарайся их поймать. И держись в стороне. Я сейчас просмотрю участок, постараюсь взять магический след.
Особенно «стараться» не приходилось. Фонило отовсюду и мощно. Оно и не удивительно, учитывая совсем недавно развернувшуюся тут баталию.
Марихат с некоторым волнением в сердце склонилась над ярким пятном крови, не до конца успевшим впитаться в сырую землю. Когда она уходила, этого пятна точно не было. Похоже, они продолжили драться. След уходил в глубь леса.
– Может, верхом? – предложил Фабиан.
– В лесу? Ночью?
– Ну, ты же колдунья?
– Я могу лететь над деревьями, но не сквозь них.
– Жалко оставлять таких красавцев, – с сожалением потрепал он рысака по гриве. – Их же волки сожрут.
– Не сожрут. Привяжи их покрепче, а я поставлю магическую охрану. Никто через них не пройдёт.
– А если с нами что-нибудь случится?
– Утром чары развеются. Я внушу лошадям вернуться в замок. Так их подберут слуги.
На то, чтобы предварить всё сказанное в жизнь понадобилось совсем немного времени. Позаботившись о животных, колдунья и воин углубились в лес. Будь они людьми, им пришлось бы несладко. Низкие корявые ветки то и дело старались хлестануть по лицу, узловатые корни – зацепить за ноги.
Ощущение чего-то плотного и чёрного заставило Марихат замедлить шаг.
– В чём дело? – едва слышно, одними губами, спросил Фабиан.
В этот самый момент луна выплыла из-за облаков, осветив мутные и нечёткие, будто размытые, очертания полуразрушенной башни. Высоко над их головами в длинном узком окне просвечивало ночное небо
От руин веяло смертью и ужасом. Марихат не могла сказать почему, но была уверена, события, о которых рассказывал Ардор, о собственном обращении и гибели жены – они происходили здесь. Триста лет назад.
С ужасной отчётливостью она чувствовала присутствие призраков. Почти осязала их бестелесные, бесстрастные голоса. Но в тоже время никого на много миль вокруг не было. Только шум ветра да мягкий шелест листьев.
– Пошли отсюда, – нетерпеливо проговорила Марихат и, накинув на голову капюшон, двинулась вперёд по склону холма.
Через десяток шагов груды камней сменились высокой травой. Дикий виноград оплетал глыбы, обвивал их, поднимаясь вверх по веткам, сплетался над головой, образуя естественные беседки, которые при свете луны производили гнетущее, тягостное впечатление даже на нелюдей.
Из темноты донёсся звук. Не ветер и не шум листьев. Марихат насторожилась.
По соседнему склону холма медленно спускался горный ручей. Он петлял между камней и обрывался резким, отвесным, бурлящим водопадом. Брызги воды сияли в лунном свете.
Вода журчала. Листья шелестели. Больше не было ни звука. Вокруг было слишком тихо и безжизненно, будто и лесные звери, и птицы нарочно избегали этих мест.
Лицо Фабиана было таким же светлым и жёлтым, как пятно луны: «Ты чувствуешь? – прошептал он. – Здесь слишком спокойно?».
– Слишком спокойно? – откликнулась Марихат. – Тогда, наверное, следует готовиться к большим неприятностям? – вздохнула она.
Когда из-за облаков выглянул острый серп луны, в проходе между деревьями они увидели это.
Контуры головы нечётко вырисовывались на фоне ночного неба, глаза стеклянно и тускло поблескивали с лица. Луна освещала склонённую голову, волнистую гриву спутанных волос, ниспадающих на согнутые плечи.
Чудовище подняло голову и по-звериному зарычало.
– Что это такое, мать его?.. – выругался Фабиан.
Сверкнули два острых собачьих клыка. Чудовище бросилось вперёд, нацеливаясь на Марихат.
Она уже собиралась отбить атаку, как Фабиан решил отважно закрыть её собой. Они сцепились и покатились вниз, к подножию холма.
Упав назад, Фабиан ударился головой и, наверное, в следствии этого его контр-удары не имели ни особой силы, ни особого действия. Прежде, чем клыки вампира коснулись горла оборотня, Марихат, успев мгновенно трансформироваться в боевую форма нагов, ударом шипастого хвоста оторвала ему голову.
Фабиан поднялся, ловя ртом воздух. Сердце его готовы было выскочить из груди.
Ладонь с растопыренными пальцами пыталась схватить траву, тело делало попытки подняться.
– Он… точно мёртв? – спросил Фабиан, опасливо пятясь.
– Он был мёртв задолго до того, как напал на нас. Менее опасным его это, к сожалению, не сделало.
Щёлкнув пальцами, Марихат заставило тело упыря загореться. Зрелище было отвратительным – безголовое тело дёргалось, будто старалось убежать и спастись. Но через четверть часа, слава богу, всё было кончено.
– Что же это такое?
– Мы на землях Красного Ковена. Привыкай. В здешних лесах такой пакости навалом, только успевая отбиваться.