-Хо -Урлюк, хан огулов, мой старый знакомый,- продолжал Касей,- собирает орду, чтобы прийти на помощь Алтын-хану, из рода Хушитая.
-Хушитаиды воюют?- нахмурилась Рисса,- с кем?
-С севаричами,- пренебрежительно сказал Касей,- Алтын-хан не в отца пошел, тот Залесье в кулаке держал, а сын его почти потерял - только Хулан держится пока. Вот и просит Алтын-хан помощи отовсюду - вон даже к Хо-Урлюку обратился. Огул согласился и теперь тоже собирает войско - и с Кавказа тоже. Вайнахи, кабарда, ясы, даже утины идут за ним, польстившись на обещания воинской славы и богатой добычи. От касаков же он хочет взять сразу десять тысяч воинов.
-С размахом,- хмыкнула Рисса,- у вас тут хоть столько наберется?
-У нас и пятьдесят тысяч наберется,- самодовольно сказал Касей,- но с него и десяти хватит. Хо-Урлюк приедет на Праздник Урожая, а когда соберет войско на Кавказе, он пойдет воевать на север. А от Залесья до Люти рукой подать.
-А он возьмет нас?- с сомнением протянула Рисса,- две молодые женщины среди воинов.
-Возьмет,- кивнул Касей,- он мне кой-чем обязан. Тебя и Рыжечку он не тронет - ему же лучше, если моя семья здесь останется, да и проклятья побоится- а ты, сдается мне, этому обучена получше Рыжечки. Так что не волнуйся, тебя он доставит куда скажешь - если и ты от своего слова не отступишься.
-Не оступлюсь, конечно,- легко пообещала Рисса. Касей внимательно посмотрел на нее и вдруг резко поднялся с места.
- Пойдем,- он поманил Риссу, открывая одну из боковых дверей. За ней обнаружился узкий коридор, в конце которого виднелась еще одна дверь с массивным висячим замком. Касей открыл его и, подпалив лучину, начал спускаться по крутым ступенькам. Поколебавшись, Рисса спустилась следом и оказалась в темной сырой каморке. Колеблющееся пламя высветило позеленевшую от времени медную пластину и изумленная Рисса увидела хорошо знакомое изображение- змееногая женщина с двумя драконами, припавшими к грудям. На металле виднелись бурые пятна, засохшие от времени, но достаточно различимые, чтобы не сомневаться в их происхождении.
-Узнаешь?- спросил Касей,- в Люти купил у торговца с Готланда.
-Так ты что, в бога своего не веришь,- через силу ухмыльнулась Рисса.
-Верю,- без тени улыбки сказал Касей, - но верю и в Ту, кто превыше его, чьим порождением он является. Поэтому и шлю Рыжечку в Лють. Давай, клянись перед Хозяйкой. На крови клянись, - добавил он, доставая нож.
Рисса неохотно приняла клинок и полоснула себя по запястью, говоря положенные слова. Придется видимо вести рыжую ведьму к Моренгарду- без помощи Касея ей и впрямь не обойтись. А там пусть Вамма сама разбирается.
-Хорошо, я приведу ее в Лють,- сказала Рисса, когда они вернулись за стол, - но он пойдет со мной,- она показала на Урма.
-Это сколько угодно,- Касей махнул рукой и Рисса усмехнулась, заметив гримасу разочарования на лице оборотня. Урм кое-что рассказал ей о своих отношениях с местными колдунами: хотя он и считался посланцем Цмога для всей Касакии, больше всех с ним имел дело общался Турмак, ведун Тмутараканский - первый соперник Касея. Так что уход Урма и тут играет на руку хозяину Черного Ручья.
-Если хочешь, можешь в пути сама наставлять Рыжечку,- хмыкнул Касей, разливая очередную наливку,- так быстрее подружитесь.
-Захочу, - ухмыльнулась Рисса, окинув откровенным взглядом запунцовевшую рыжую ведьмочку,- определенно захочу.
Чуть позже, Рисса поднялась в комнату, которую выделил ей Касей для ночлега и увидела Рыжечку, застилавшую ложе звериными шкурами. Девушка уже сменила наряд, на простую тонкую сорочку обтягивавшую изящный изгиб спины и округлый задик. Рисса невольно облизнулась и негромко кашлянула.
-Ой,- девушка обернулась к Риссе.- А я, я тут вам постель застилаю, как батя велел.
-Это твоя комната? - Рисса уселась на ложе, с любопытством оглядываясь. Жилище Рыжечки представляло занятную смесь девичьей и логовища колдуна: на столике у окна, затянутого бычьим пузырем, валялись девичьи гребни, серьги, небольшое зеркальце- и тут же связки трав, глиняная фигурка чудища с рогами и хвостом, человеческий череп.
-Тут я пробую то, чему учит меня отец,- с гордостью сказала Рыжечка, - смотри, кто у меня есть!
Она рыжей молнией метнулась к окну и набросила на него плотную черную ткань. Потом зажгла свечи и с трудом вытащила из-под ложа большой берестяной короб. Рисса осторожно сняла крышку. В ложе из влажного мха щерилось пучеглазыми зенками странное существо - змеиное тело, покрытое мелкой чешуей; жабьи задние лапы, лягушачья головка на змеиной шее; перепончатые крылья. Чудовище открыло пасть с острыми зубками, злобно зашипело, забило крыльями, пытаясь взлететь, но Рыжечка ловко прикрыла его крышкой.
-Чужих не любит,- пояснила она, ставя короб на место и усаживаясь рядом с Риссой,- он их и не видел почти. Я его из обычной жабы семь лет растила - на солнечный свет не выносила, кормила своей кровью и змеиным мясом. На Праздник хочу всем показать.
-Ну, а еще что умеешь? - спросила Рисса, как бы невзначай пододвигаясь ближе.
-Могу молоко заставить скиснуть, змей собрать в одном месте, приворот могу. Оборачиваться еще не умею, но скоро научусь, да.
-А вот так умеешь?- Рисса запустила руку под подол, коснувшись бедра касачки. Рыжечка вздрогнула как от удара кнутом, почти с ужасом смотря на Риссу.
-Что...что вы делаете,- лепетала растерянная Рыжечка, почти не сопротивляясь когда Рисса медленно укладывала ее на ложе .
-Твой отец сказал, что пока мы не прибудем в Лють, я буду твоей наставницей,- мурлыкнула Рисса,- ты же слышала это.
-Да, но...
-А наставницу надо слушаться,- продолжала Рисса, задирая сорочку чуть ли не к шее,- ученица, которая не слушает хозяйку - негодная ученица. Ты хочешь быть хорошей?
-Дддаа...
-Вот и хорошо,- Рисса вдохнула запах юного девичьего тела - тогда считай это первым уроком. Урок Плоти - в нашем деле он самый важный!
Ее язык коснулся влажного лона, вырвав из Рыжечки протяжный стон. Сноровисто освобождая и ее и себя от одежды, северянка легла рядом с касачкой, наслаждаясь ее бархатистой кожей и неопытными, но столь охочими до ласк губами. Рыжечка явно уже рассталась с невинностью, но вот женская любовь ей была в новинку. Ноги северянки сплелись с ногами касачки и похотливые стоны слились в протяжный вой, пока разгоряченные юные тела содрогались в сладостных корчах, возносящих обеих ведьм к вершинам небывалого наслаждения.
Праздник Урожая наступил через седьмицу. Все эти дни мерсийская ведьма разговаривала с ведуном, Рыжечкой, Урмом и с воинами касаков, стараясь выведать побольше о землях куда ей предстоит отправиться. Участвовала она и в очистительных обрядах что в преддверии праздника творил Касей перед идолом Цмога.
На праздник святилище преобразилось до неузнаваемости. С самых дальних окраин Касакии прибыли ее лучшие воины: чернявых и смуглых жители побережья, говоривших с непривычным для слуха Риссы акцентом; сероглазых и русых жителей плавней; соединивших оба расовых типа обителей гор и дельты Пшицы. Но все они - русые, рыжие, смуглые- выглядели опытными воинами, одинаково обученными сражаться и в пешем и конном бою, обращаться с мечом, луком и пикой. Свои воинские умения они демонстрировали в учебных поединках, коим был посвящен первый день праздника.
На почетном месте восседал хан огулов - коренастый немолодой мужчина, с вислыми седыми усами, одетый в красные шаровары, отороченные золотыми нитями и темно-синий каптал. Лысую голову прикрывала четырехконечная желтая шапка с околышем из лисьего меха. Наблюдая как бьются касаки Хо-Урлюк довольно щерил и без того узкие желтые глаза. Позади него, даже тут не слезая с коня виднелись и его нукеры - крепкие скуластые степянки в пластинчатых доспехах. Рисса мимоходом подметила схожесть между огулами и воинами самых восточных, степных областей Касакии - видимо оба народа были столь давними союзниками, что уже начали смешиваться.