Он опустился чуть ниже, чтобы заглянуть в прекрасное лицо древней.
Эльфийка узнала мага, даже несмотря на десятки лет, отпечатавшиеся на его лице. Это был тот самый человек, что желал обратить орков в эльфов и от кого она смогла спасти столь не многих.
– Почему вы на самом деле вступили в войну за орков? – спросил старик. – Вам нужно было что-то. Вы бы никогда не вступились за нечто недостойное жизни как орки. Что это было?
Люсиола подняла голову, превозмогая боль, и с презрением посмотрела на мага, взглядом давая понять, что отвечать не намерена. Затем осмотрелась. Они находились в том самом подземелье, которое выделил магам Верховный брат эльфов после окончания полувековой войны.
Здесь по-прежнему было множество книг, которых, казалось, стало ещё больше, и зелий в разнообразных склянках. Чуть поодаль, в густом мраке, между колон, эльфийка разглядела высокую фигуру, слишком крупную для человека или эльфа, но недостаточно развитую для орка. У него был один глаз, сияющий алмазно-зелёным. И одет он быв во всё чёрное.
Так же здесь был и совсем ещё юный маг, который тоже держался на почтенном расстоянии и, не отводя взгляд, смотрел на прекрасную эльфийку. Возле него были нагромождены бесчисленные тома и фолианты, пергаменты и свитки.
– Это ожерелье, – вновь привлёк к себе внимание эльфийки старик и продемонстрировал её украшение, с ярко красными камнями, – из чего оно?
Люсиола демонстративно отвернулась.
– Этих камней прежде никто и нигде не видел, – настаивал на своём маг. – Что это? В них сокрыта неимоверная магическая сила. Я чувствую это даже просто глядя на них. Что это за камни?
Молчание.
– Отвечай! – потерял терпение старик и ударил эльфийку тростью наотмашь.
Сияющая в сумраке кровь, выступила на прекрасных губах, но пленница ещё яростнее и с ещё большим презрением посмотрела на мага.
– Это знания эльфов, – прорычала она. – Я знаю, как ваши предки, развязавшие войну, обманом вызнали знания драконов. Но мы отлично учимся на ошибках других, и сила вам не поможет.
Глаза старика затмила ярость. Он снова замахнулся. Эльфийка же бесстрашно смотрела на него. Вот только удара так и не последовало. Его лицо внезапно изменилось, тонкие сморщенные губы растянулись в улыбке, а глаза заискрились недобрым огнём.
– Ну что же, – произнёс маг, – у наших предков не было этого.
Старик отошёл в сторону и из темноты к пленнице начало приближаться нечто среднее между орком и… эльфом?!
Дикий ужас отобразился на лице древней. Она смотрела на бледное, изуродованное страшными, рваными шрамами лицо с единственным видящим глазом. Вторая же глазница пустовала и была так же изуродована. У монстра было только одно ухо, острым треугольником, торчащее из-под длинных тёмных волос.
– Что вы сотворили? – прошептала Люсиола.
– Мы? – удивился маг. – Это заклинание создали ни мы, а вы. Мы лишь дали ему воплощение.
– Тёмные эльфы не должны существовать! – уже со слезами страха на глазах, вскричала эльфийка.
– Ну разумеется, – согласился маг. – Ведь только они могут убивать вам подобных. Что, как вы думаете, убило вашего достопочтенного брата.
Люсиола плотно сжала челюсти и губы, а из уголка глаза скатилась сияющая слеза, которую она не смогла сдержать.
– Но не беспокоитесь, драгоценная древняя, – с довольной улыбкой продолжил старый маг, – ваша смерть будет долгой и мучительной. Точно такой же, какая постигла уважаемого господина Дио.
Тем временем тёмный эльф приблизился к Люсиоле и протянул к ней свои длинные руки. И чем ближе были его ладони, там отчётливее виднелись на его коже магические узоры, красными сосудами пронизывавшие его плоть.
– У вас есть шанс, в отличии от вашего брата, избежать этого и умереть быстро, – донёсся сквозь раздирающую душу боль голос мага. – Ответьте, зачем эльфы ввязались в войну?
Вместо ответа дикий крик вырвался из груди эльфийки. Кровавые слёзы тут же выступили на глазах и призрачно замерцали в тусклом свете.
– Что это за магические камни? – продолжал задавать вопросы старик.
Но боль не унималась, а крик не утихал.