— Понятия не имею, — честно ответил маг, — мне неизвестно, что это за артефакты и чем они могут быть полезны. Меня больше интересует другое: они рассчитывают всё это от вас получить, а, следовательно, должны будут что-то дать взамен. Что?
— Вы правильно думаете, — он сделал попытку засмеяться, но вместо этого опять начал кашлять, — есть надежда моего народа, сто таких, как я, имеют шанс продолжить жизнь, но сделать это непросто.
— Сейчас угадаю, — начал говорить Асмус, — я говорю, а вы меня поправляйте. Некие молодые представитель вашего рода, рано пресытившись жизнью, предпочли не умирать, а заморозить себя, впасть в каталепсию, в сон. Их тела где-то хранятся, а достать их вы не можете, так что, проще считать их мёртвыми. Так?
— Да, — спокойно сказал Древний.
— А совет магов предложил решение, или отдать вам их самих, или же что-то, что поможет пробуждению.
— В целом, так и есть. Сами они погребены в горе, здесь неподалёку, но разбудить их можно, только окропив кровью разумного существа артефакт, который был безвозвратно утерян.
— Но нашёлся, — уточнил Лео.
— Маги говорят, что он у них, некоторые признаки указывают на то, что они говорят правду, хотя достаться им он мог только из рук настоящего бога Ринна, который, кстати, вполне может воспользоваться нашими артефактами.
— Кровавое божество, изгнанное другими богами в преисподнюю, — проговорил Асмус, — так что, он вернулся, и теперь вся деятельность магов происходит по его приказу?
— Я не знаю точно, моя способность чувствовать не распространяется на древние божества, а возмущений энергии в мире и без того предостаточно, — устало проговорил Древний, — я рассказал то, что есть. Итак: вам нужен мальчик для своих политических игр, магам нужен он и артефакты, нам нужно пробудить своих. При этом мы (я) не хотим, чтобы совет магов набрал силу, вы не хотите уступать земли под их владение, они не хотят, чтобы вы вернули мальчика, вы и они не хотите, чтобы вылезшая из небытия древняя раса заняла место под солнцем и начала на что-то в этом мире влиять. Всё перечислил?
— Это можно было и не говорить. Только, исходя из того, что мы только что услышали, вам тоже не хочется им что-либо отдавать. И они, подозреваю, спят и видят, как вас обмануть.
— Это главное, нужно что-то решить, — Древний закрыл глаза, — что можете предложить вы?
— Прийти в место обмена, убить всех, отнять артефакт, отдать его вам, самим забрать парня и бежать, — моментально изложил свой план Берт, который до этого момента только молчал, прикидываясь колонной.
Древний улыбнулся и пристально посмотрел на Берта.
— Вы мне определённо нравитесь, юноша, ваш план, при всей его чудовищной тупости, может сработать, а ещё он хорош своей уникальностью, ничего лучше у нас нет.
— Осталось только согласовать подробности, — заметил Лео, — когда состоится обмен?
Глава одиннадцатая
План, предложенный Бертом, был гениален в своей простоте. Маги, а ещё более, Древние, отнюдь не искали лёгких путей. Обмен они договорились производить в тоннеле. Некий коридор, проложенный сквозь толщу гор с помощью магии. Открывался он групповыми усилиями, одновременно с двух сторон, а потом, когда нужда в нём отпадёт, подача энергии будет прекращена, и камень снова станет камнем. Равные по численности группы идут навстречу друг другу и несут товары для обмена, встречаются в середине пути, там произойдёт обмен. Любая магия в туннеле будет невозможна, если начнётся драка, то только рукопашная, чего не хочет ни та, ни другая сторона. Количество людей будет равным, по двенадцать человек с каждой стороны, силы их тоже будут примерно равны.
Внезапно появившаяся из небытия группа бойцов может изменить всё. Но встал вопрос, как доставить их в середину тоннеля, маги будут прекрасно видеть, кто входит туда. Никакие скрывающие и маскирующие заклинания не сработают.
Асмус совместно с местными магами обдумывали идею целый день, после чего, уже ближе к вечеру, он навестил Лео и попытался объяснить ему свою мысль.
— Итак, рыцарь, — сказал он, торжественным голосом, — мы долго думали и решили, что есть только один способ проникнуть туда незамеченными.
— И он, конечно, же, сопряжён со смертельным риском? — зевая, спросил Лео.
— Откуда ты знаешь? — удивился маг.
— Угадал, — Лео стало смешно, — ты просто никогда не предлагал ничего безопасного, мы все привыкли, давай уже, излагай свой план.
— Так вот, чтобы незаметно добраться до середины тоннеля в нашем мире, способов нет, но можно перейти в мир теней.
— Это тот, откуда ты демонов вызывал? — с подозрением спросил Лео.
— Именно. Мир теней, изнанка мира, мир демонов. Если зайти туда, пройти отмеренное расстояние и выйти прямо посреди тоннеля, расстроив им сделку.
— А ты уверен, что мы найдём дорогу.
— Древний, точнее, Лотарь, готов помочь с расчётами, он поставит указатель, и даст амулет, отмеряющий время. Появимся точно в срок, всех зарежем и вернёмся. Одновременно устраним нескольких сильных магов, что улучшит позиции нашей стороны в предстоящих войнах.
— И принесёт удовольствие лично тебе, — добавил Лео.
— И это тоже, — не стал отрицать маг, — никто не мешает делать дела, одновременно получая удовольствие от мести.
— А что это за мир? Там вообще существовать можно? Демоны нас не сожрут?
— Скорее всего, сожрут, даже не подавившись, — послышался сзади голос Лотаря, все обернулись, даже высокопоставленным местным магам было дико видеть живое божество, покинувшее своё вечное пристанище в подземелье, — тогда мы просто произведём обмен, как и собирались, а о вас никто не вспомнит.
— Вы неправы, — решительно возразил Асмус, вставая со стула, — во-первых, нахождение человека в мире демонов возможно, это подтверждено опытным путём, один знакомый маг, ныне покойный, пробыл там четверть часа; во-вторых, демоны заселяют тот мир крайне неравномерно, каждый восьмой обряд вызова демона оказывается неудачным именно потому, что демонов в тех местах просто нет; а в-третьих, обмен, задуманный вами, скорее всего, закончится какой-нибудь подлостью со стороны совета, так что, не рассчитывайте на благополучное завершение без нас.
— Уговорил, — криво улыбнулся Лотарь, — вам помогут, уже сейчас наши маги разрабатывают охранные заклинания, способные, если и не отпугнуть демонов, то хотя бы сделать вас менее заметными.
— Разрабатывают? — не понял Асмус.
— Нет, конечно, нет, — ответил ему один из магов, сухонький старичок с редкой седой бородкой, что сидел рядом, листая толстую книгу в бронзовом переплёте с позолотой, — не разрабатывают, на разработку уйдёт месяц, а действовать нужно будет уже завтра, ищем готовые ответы в старых книгах, кое-что уже нашли.
— Решай, кто пойдёт, — предложил Асмус.
Лео начал перечислять:
— Я, ты, Берт (его план, пусть и отдувается), Радко, Лойко, Тиль, Склир, Фрида. Кирша и Крыс останутся, они пока не восстановились. Седрика брать?
— Наш уродливый друг силён, — задумчиво сказал Асмус, — но сила нам почти не понадобится, кроме, как в последний момент, куда важнее умение быстро соображать, а с этим у него есть некоторые проблемы, пусть лучше подождёт нас здесь.
— А я? — Роберт, как всегда, неслышной тенью сопровождавший рыцаря, вдруг подал голос.
— Это опасно, — напомнил Лео.
— Я хочу стать рыцарем, поэтому должен привыкать к опасностям, — Роберт выпрямился и смело взглянул на окружающих людей.
— Итого девять, — подвёл итог Асмус, — завтра выходим на рассвете, у нас должна быть небольшая фора по времени, не уверен, что получится идти быстро.
Когда вернулись к своим, те были заняты делом. Не стоит забывать, что вся их группа была группой воинов, людьми, чья профессия — убивать. Вот и теперь каждый был занят делом. Кирша, с трудом стоя на повреждённой ноге, соревновался с Лойко в стрельбе из арбалета в соломенное чучело, привязанное к столбу на другом конце двора. Молодому вору приходилось взводить за двоих, для этого требовались ноги. Склир и Тиль фехтовали тупыми саблями, Берт раскручивал двуручный меч, доставшийся ему от убитого Джумы, снова брать алебарду он не захотел, меч он собрался хранить, как память о друге. Крыс, уже куда более бодрый, жонглировал своим ножом, да так, что цирковые артисты от зависти сдохнут. Ловкости рук старого душегуба даже ранение не мешало. Один только Седрик спокойно сидел в углу и с интересом поглядывал на остальных, казалось, ничто в этом мире его не волнует. Впрочем, скорее всего, так оно и было.
Радко обучал Фриду, они достали из местных арсеналов ещё один протазан, которым девушка вооружилась вместо своего копья. Теперь бывший акробат обучал её премудростям владения этим оружием. Смотреть было интересно.
— Держи вот так, равновесие между концами, чуть дальше. Выпад! Удар! Укол.
— Сложнее, чем с пикой, — призналась девушка, тут и меч, и копьё, и алебарда.
— Не так уж и сложно, давай снова. Не напрягайся, сила здесь не нужна, единственный миг, когда вкладываешь силу, — это момент удара, только на один миг. Парировать, делать обманные движения, отходить, пугать, — всё это делается расслабленными руками. Попробуй меня ударить.
Фрида сделала несколько выпадов, но Радко даже не отбивал их, тело его быстро и незаметно переходило с места на место, а похожий на меч наконечник пронзал пустоту.
— Видишь, моё тело — вода, пронзить воду невозможно, во мне только одна твёрдая часть, — это моё оружие. Я принимаю на него удары противника, но сам остаюсь водой.
На этих его словах Фрида нанесла рубящий удар наискосок, Радко принял его на древко своего оружия и плавно сопроводил от себя, совсем немного подправив его траекторию.
— Фехтование на мечах, — продолжил он объяснять, — это удел рыцарей, требует долгих тренировок и хорошего учителя. Древковое оружие куда проще в освоении, а его длина может сослужить добрую службу.