Пушки «Солнечной ярости» выпустили последнюю огненную очередь, а затем ещё секунду вращались.
< Боеприпасы закончились, > послал «Солнечная ярость».
Секутарии перестраивались, щиты сомкнулись в шеренги, в трёхстах метрах от «Регинэ Фурорем» и его сородичей. Тела лежали перед линией щитов, прилив из разорванного серебра и красного месива.
Они продвигались вдоль берега озера, остальная боевая группа вместе с ними. Противник вводил с юга лёгкие, быстрые наземные подразделения. Ноосфера гудела от скрап-кода и разрывов связи. Сплочённость стала вопросом зрения и инстинкта в такой же степени, как и связи. Однако это был путь Игнатума: на войне как один, с единой волей и стремлением. Быстрые наземные подразделения могли означать только одно — приближалась ещё одна крупная сила. Они уже столкнулись с противником, превышавшим их численностью, и теперь враг вывел на поле боя ещё большие силы. Их тактика была проста: удерживать Игнатум на месте, пока сокращаются боеприпасы и мощь, загнать на ограниченное пространство, а затем ударить в этом месте другой силой. Победа. Победа, которая не могла осуществиться без больших потерь, чем мог себе позволить враг. Количества врагов, с которыми Тетракаурон вступил в бой на берегу озера, было недостаточно, чтобы сдержать его боевую группу. Если бы это были просто титаны. Но они не были ими. Они были чем-то другим — верными мертвецами сотен сражений, оживлёнными нечестивыми духами и посланными против живых. Это было оскорбление, мерзость, и это сработало. Они по-прежнему оставались на месте, через несколько часов после начала боя, зажатые между водой и огнём.
Две манипулы боевой группы вошли в озеро вброд, взбивая поднявшуюся до пояса воду. Если им удалось атаковать под углом с севера, они смогли бы окружить и сжечь врага. В любом случае озеро оказалось глубже, чем сообщали скудные данные разведки, и обрывалось в подземную пропасть. Машины не смогли переправиться, и поэтому пришлось пробираться по воде параллельно берегу, чтобы атаковать вражеский фланг. Туман клубился над подёрнутым рябью озером, жар разряжавшегося оружия превратил воду в пар. Боеприпасы взрывались под водой. Вздымались фонтаны гейзеров. Волны давления прокатывались по поверхности озера, врезаясь в голени красно-жёлтых гигантов.
Огонь и дым скрывали берег. Настенные орудия прекратили стрельбу, не в состоянии выбрать чёткие цели или связаться с боевой группой, чтобы отметить зоны обстрела. Дальняя связь отказала под шквалом помех и искажений данных, которые усиливались по мере того, как разгоралась битва. Даже внутри титанов коммуникации стали спорадическими. Призраки и крики проносились по ноосфере. Теперь боевые действия превратились в кровавую, ожесточённую свалку, но у неё мог быть только один исход. Восставшие титаны врага падали, металл корпусов расплавлялся в шлак и разрывался на атомы и пыль, нечестивые духи внутри с воем отправлялись в жертвенное пламя.
< Ауспик-контакт, несколько машин и наземных подразделений на сто тридцать пять градусов южнее, > отправила Дивисия. < Оценка: восемь тысяч метров и приближаются. >
< Интенсивный обстрел… > начал Карто.
Белизна взрыва заслонила землю. В накале раздался вой. Полоса света превратилась во вздымавшийся кулак пламени и плазмы, ударивший в небо на расстоянии километра. Тетракаурон почувствовал, как «Регинэ Фурорем» затрясся от сочувственной ярости. Вспышка шока и гнева, переданная железом и электрическим током. Он знал, что это было — полное разрушение реактора, пара титанов Игнатума погибли в одно яркое мгновение. Секунду спустя до них докатилась взрывная волна. Вспыхнули пустотные щиты. Накал завращался кристаллизующимися данными.
< Это были «Вулканис фурио» и «Пылающий шакал», > выдохнул Карто, его голос дрогнул от изумления.
< Источник смертельного выстрела, > рявкнул он.
< Дальнобойные, множественные источники, > ответила Дивисия. < Скоординированный лазерный и ракетный залп. Мы в радиусе их действия. >
< Тогда и они в нашем, > прорычал Тетракаурон. < Скоординируйтесь и стреляйте, когда будете готовы. >
Огненное дыхание сорвалось с его губ, обжигая язык.
«Регинэ Фурорем», «Солнечная ярость» и «Игнис Веспула» наступали. Позади них четыре оставшихся манипулы перестраивались, чтобы последовать за ними. Битва с восставшими титанами по-прежнему бушевала на берегу и поверхности озера.