Сахир осторожно уложил Морвейн на мягкие подушки, его тёмные глаза не отрывались от неё. Он осторожно прикасался к ней.
Морвейн заметила, как в глазах Сахира мелькнула неуверенность. Он был сильным, храбрым воином, но сейчас — немного растерянным мужчиной, который хотел её, но боялся сделать что-то не так.
Она улыбнулась и, не отводя взгляда, приподнялась, позволяя пальцам пробежаться по его груди. Её прикосновения были лёгкими, но уверенными. Сахир затаил дыхание, его мышцы напряглись, когда её губы мягко коснулись его шеи.
— Ты смущён, — прошептала она, поддразнивая.
Сахир сглотнул, его руки осторожно легли на её талию.
— Я просто… хочу, чтобы для тебя это было… правильно.
Морвейн усмехнулась и наклонилась ближе, её губы пробежались вдоль его ключицы, оставляя тёплый след.
— Всё будет правильно, если мы оба этого хотим, — сказала она, скользя ладонями по его коже. Ее руки очертили его плечи, грудь, коснулись твердых мышц живота.
Морвейн чувствовала, как дыхание Сахира сбивается под её прикосновениями. Он напряжённо следил за каждым её движением. Её пальцы скользили по его коже, исследуя его тело, наслаждаясь тем, как он реагирует на неё — лёгкими вздохами, дрожью в голосе, жадными взглядами. Но когда она сжала в руках его достоинство, он уткнулся в ее плечо и протяжно застонал.
Морвейн поцеловала его шею, продолжая поглаживать его, чувствуя, как он становится тверже и горячее.
Сахир больше не скрывал своего желания. Его руки обвили её, притягивая ближе, кожа к коже, дыхание к дыханию. Он ждал этого момента, и теперь, когда Морвейн взяла всё в свои руки, он только сильнее ощущал, как сильно он принадлежит ей.
— Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, когда её губы пробежались по его ключице, оставляя тёплые, чувственные поцелуи.
Она улыбнулась, наслаждаясь его смущением, которое постепенно уступало место чистой, необузданной страсти.
Их движения сливались воедино, горячие ладони находили друг друга в полумраке комнаты, а дыхание смешивалось, создавая ритм, которому они подчинялись этой ночью.
Морвейн ощущала каждую эмоцию, каждую вспышку удовольствия, которую он дарил ей. Он был нежен, но настойчив, будто старался запомнить её, впитать в себя каждый миг их близости.
Время растворилось в их объятиях. Они двигались в унисон, забывая обо всём, кроме того, что чувствовали друг к другу. И когда дыхание замерло в последнем, сладком порыве, Сахир крепко обнял её, будто боялся отпустить.
— Я люблю тебя, — прошептал он, уткнувшись лицом в её волосы.
— Я тоже тебя люблю, мой милый воин.
Первым проснулся Сахир.
Морвейн всё ещё спала, её дыхание было ровным, губы чуть приоткрыты. Волосы растрепались, несколько прядей легли на лицо, и Сахир осторожно убрал их, не сдержав улыбки. Она выглядела так спокойно, так по-домашнему уютно в его объятиях, что сердце невольно сжалось от нежности.
Ему не хотелось будить её, но он не смог устоять перед желанием провести пальцами по её обнажённому плечу. Её кожа была тёплой под его ладонью, и он наклонился ближе, оставляя лёгкий поцелуй у неё на виске.
Морвейн зашевелилась, лениво потянулась, прежде чем приоткрыть глаза.
— Доброе утро, — её голос был немного хриплым после сна.
Сахир провёл пальцами по её щеке, любуясь ею.
— Доброе, моя жена.
При этом слове она чуть приподнялась на локте, заглядывая в его глаза.
— Это всё ещё звучит непривычно, — призналась она с мягкой улыбкой.
— Привыкнешь, — усмехнулся он, легко коснувшись её губ своими.
Морвейн ответила на поцелуй, медленно, с наслаждением, будто заново прочувствовав их связь.
Когда они, наконец, оторвались друг от друга, за пределами шатра уже начиналась суета — кто-то смеялся, доносился запах свежего хлеба и жареного мяса. Племя готовилось к новому дню.
— Нам пора вставать, — прошептала Морвейн, но не двинулась с места.
— Можно ещё немного побыть с тобой? — спросил Сахир, обнимая её крепче.
Она улыбнулась и устроилась рядом с ним, положив голову ему на грудь, слушая размеренное биение его сердца.
Ещё немного. Ещё один момент, принадлежащий только им.
Бонус 3. Каэль
Призрак, отец дроу, бестелесной тенью метался по комнате, заламывал прозрачные руки.
— Мой мальчик! Я знал, что ты попадёшь в плохую компанию, но не думал, что ТАК быстро!
Каэль, который уже давно привык к нелепым выходкам духа, сохранял абсолютное спокойствие, лениво поправляя волосы. Только лишь жалел, что Морвейн сделала так, что он мог услышать призраков. Его жизнь без этих криков был намного лучше.