Думаю, нет нужды говорить, как я был рад его видеть.
— Там Ты в опасности! — предупредил он.
Я как раз размышлял над тем, чтобы проплыть разделявшее нас расстояние и присоединиться к нему, когда увидел скользнувший мимо меня треугольник плавника.
— Возможно, здесь все же меньше, чем там, — проворчал я, потеряв всякое желание соваться в усыпанную цветами воду между нами.
— Ну, как хочешь! — сказал Дурбар.
А потом я увидел, что у его утлого плавсредства появился другой пловец. Мужчина начал карабкаться на обломок корпуса, и под его весом один конец балок сразу же ушел под воду. Я сильно сомневался, что эти балки смогут держать вес двоих. Дурбар обернулся, вскрикнул и свалился с обломка, с головой уйдя под воду. В момент падения я заметил, что на его куртке расплывается красное пятно. Через разделявшее нас пространство на меня смотрел Серемидий. Меча у него теперь не было, но в руке он сжимал нож. Бывший капитан таурентианцев неустойчиво стоял на узком остатке галеры.
Тем временем из ставшей красной воды появилась голова Дурбара. Мужчина задыхался, он явно не понимал происходящего и протянул руку к Серемидию. Тот его руки не принял, возможно, опасаясь потерять равновесие, но жестом показал подплыть поближе. В тот момент, когда Дурбар дотянулся до дерева, Серемидий пнул того в голову. Думаю, что он сломал Дурбару шею. Мой товарищ мгновенно исчез под водой и больше не появился.
Серемидий, стоявший на двух сбитых вместе балках, снова перенес свое внимание на меня.
— Благородный Каллий, — приветливо сказал он. — Плыви сюда.
Естественно, я остался там, где я был. Осмотревшись, я никого не заметил рядом.
— Это приказ! — сообщил мне Серемидий.
— Отдай его кому-нибудь другому, — посоветовал я.
Серемидий тоже осмотрелся, а затем заткнул свой нож за пояс и, опустившись на колени, потянул за побег, торчавший из воды. Его узкое плавсредство на несколько дюймов сместилось в мою сторону. Он попытался несколько ускорить процесс движениями своего тела. Потом мой враг опустил правую руку в воду и попытался грести. Это дало результат, и его крошечный плот еще немного приблизился ко мне. Тяжелая это была работенка, но я не думал, что он рискнет метать в меня нож. Зато я подозревал, что изменчивые течения, естественные водовороты среди водяных растений, рано или поздно могли бы свести нас. Это был всего лишь вопрос времени.
Интересно, подумал я, сколько мужчин, окажись они поблизости, воспользовались бы такой возможностью раз и навсегда покончить с Серемидием.
Но мы оказались здесь совершенно одни.
До ближайшей галеры, судя по долетавшим до меня приглушенным крикам, было ярдов двести. Вероятно, она была окружена лодками.
Многие побеги к этому времени, постепенно возвращались в отвоеванное у них пространство, сплетаясь друг с другом и снова закрывая дорогу, прорезанную среди них. Это обычное дело для такого вида растений.
Серемидий встал, осмотрелся и, очевидно, никого не заметил, по крайней мере, поблизости. Затем, зло сверкнув глазами, он снова опустился на колени и принялся еще более настойчиво пробовать пробиться ко мне. На мой взгляд, это было весьма опрометчиво, и даже необдуманно с его стороны.
Я понимал, что Серемидий хотел добраться до меня раньше, чем кто-либо заметит наше местонахождение, но не думал, что ему было разумно так активно баламутить воду по сторонам своего плавсредства.
В воде и без того хватало крови, как тарларионьей, так и некоторых наших товарищей, убитых акулами, так теперь он добавил сюда крови Дурбара.
К тому же, с того момента, как я видел треугольный плавник прошло совсем немного времени. Не исключено, что Серемидий и сам его видел.
По-видимому, рискованность его действий дошла вскоре и до него самого, поскольку он прекратил свое занятие.
Тем не менее, шум он уже поднял. Хотелось бы надеяться, что это прошло незамеченным.
Случайная волна, приподняла окружающие заросли, а заодно маленькое плавсредство Серемидия и плетеный плот, за который я цеплялся.
— Хо! — что было мочи, выкрикнул я, слегка приподнявшись на руках, не способный ни на что большее. — На помощь! Помогите!
Но никто меня не услышал.
— Плыви сюда, — предложил Серемидий. — Присоединяйся ко мне. Здесь безопасно. Я не собираюсь причинять тебе вред.
Теперь нас разделяло что-то около десяти или пятнадцати футов.
Внезапно я почувствовал, как что-то длинное, футов семь — восемь длинной, и шершавое, как оселок, пробороздило по моей ноге под водой.
Я в ужасе еще крепче сжал комок водорослей.