— Вытаскивай себя сам, — посоветовал я, — Тяни за побеги.
У меня не было ни малейшего желания приближаться к нему. К тому же между нами раскинулось множество лиан.
— Я не могу! — простонал Серемидий. — Царствующими Жрецами, Домашним Камнем Коса заклинаю тебя, спаси меня!
Я присел и, ухватившись за побеги, попытался подтянуть свой импровизированный плот поближе к нему.
— Ты согласен! — воскликнул он.
— Ни на что не согласен, — буркнул я.
— Скорее! — крикнул Серемидий. — Скорее!
Мое плавсредство тоже было опутано вьюнами. Нас разделяло каких-то двадцать футов, но я ничего не мог сделать, чтобы преодолеть это мизерное расстояние.
— Это безопасно, — уговаривал меня он. — Можно проползти по стеблям. Освободи меня!
Стебли вьюнов, действительно, были достаточно толстыми, так что вполне можно было ползти по ним на животе, наполовину погрузившись в воду, и добраться до него.
Он был офицером корабля. Он занимал высокое положение. Фактически, для меня он был начальником.
Должно быть, в момент пика волны он не удержал равновесие, потерял опору и погрузился в водоросли, а когда вынырнул на поверхность, обнаружил, что плот отнесло на несколько футов, а сам он пойман в ловушку вьюнов.
— Помоги! — попросил Серемидий снова, протягивая ко мне руку.
Я все же спустился с обломка и, наполовину плывя, наполовину ползя, поддерживаемый плотным ковров растения, приблизился к нему почти вплотную.
— Ближе! — попросил он.
Я подполз еще немного поближе.
— Подай мне руку! — потребовал Серемидий, протягивая свою.
Я протянул было ему руку, но внезапно отдернул ее назад. Память подбросила мне дюжины картинок и мест. Вот Серемидий поднимает кубок, открывает дверь, машет рукой, водит пером, подписывая указ, держит меч, окрашенный красным после удара в горло противника.
— Руку! — раздраженно потребовал он.
Его рука протянутая ко мне, была левой рукой. А правая находилась под водой.
Серемидий, бывший капитан таурентианцев, был правшой.
— Сдохни, Слин! — вдруг выкрикнул он, бросая себя вверх.
Его правая рука в фонтане брызг вылетела из-под водорослей. На солнце влажно блеснуло лезвие ножа.
Но я не подал ему руки. Наоборот, за мгновение до этого я немного отстранился. Это означало, что ему надо было преодолеть расстояние между нами, приблизиться ко мне, что в воде, учитывая отсутствие опоры и сковывающие движения стебли, не так-то легко было сделать. Он пытался, следуя моему примеру, взобраться на плетеную из побегов поверхность. Его нож падал на меня еще три раза, не доставая каких-то пары дюймов. В то время как он, также с трудом, изрыгая проклятия, фут за футом полз ко мне, я как мог, отползая от него ногами вперед, все глубже проскальзывал сквозь полупритопленные вьюны. Наконец, я перестал чувствовать под собой даже эту ненадежную опору, провалившись в полынью относительно чистой воды, и с ужасом почувствовал живые петли вокруг своих ног и бедер. Я попался в ловушку водорослей. Все, что мне оставалось, это перебирать ногами и руками, удерживая себя на поверхности. Отступать я больше не мог. Растения надежно держали меня на месте.
— Благородный Каллий! — усмехнулся Серемидий, придвигаясь на хорт ближе.
Моим единственным шансом было, попытаться перехватить его запястье в тот момент, когда он нанесет удар. Призрачный шанс, признавался я самому себе. Серемидий был не настолько глуп, чтобы дарить противнику долгие замахи и медленные выпады, которые можно было бы заблокировать или перехватить. Он был из тех, кто к процессу убийству подходит со всей серьезностью, имея в запасе обманные выпады, стремительные уколы, удерживая при этом свой клинка вдали от захвата. Он наверняка стал бы бить резко, снова и снова нанося быстрые удары по моей руке, чтобы порезать пальцы или запястье, повредить, могущую перехватить его оружие, руку. Впрочем, в тот момент, я был совершенно беспомощен, все равно, что связан. Так что я не думал, что он прикончит меня быстро. Мне случалось видеть, как он получал удовольствие, медленно убивая своих противников. Некоторые даже сами умоляли побыстрее покончить с ними.
— Хо! — услышал я. — Есть здесь кто-нибудь?
Серемидий побледнел.
Вероятно, это была одна из поисковых групп, на лодках обшаривавших окрестности.