Приближалось время моей вахты, я должен был сменить Аякса на платформе фок-мачты, так что у меня имелась веская причина выйти на открытую палубу. Ну а раз уж я был заступающей вахтой, то счел себя в праве выйти пораньше. Признаться, сидеть запертым в душном чреве корабля изрядно надоело и хотелось проветриться.
Выйдя наверх, первым делом я осмотрелся.
Тэрла Кэбота я заметил в носовой части. Он стоял у фальшборта рядом с баком и осматривал горизонт в подзорную трубу Строителей. На севере и на юге горизонт был затянут темными облаками, или точнее тем, что я принял за темные облака. Поскольку мне часто случалось сопровождать командующего, выполнять кое-какие его поручения, особенно до того, как Серемидия, которого я больше не расценивал как угрозу, настигла его незавидная судьба, я решил, что могу встать рядом с ним у фальшборта. Близкими друзьями мы, конечно, не были, так что мне не показалось уместным обращаться к нему первым. Я просто молча стоял рядом, надеясь, что он рано или поздно заметит и обратит на меня внимание. Наконец, он оторвался от созерцания горизонта и, обернувшись, улыбнулся.
— Тал, Каллий, — поприветствовал меня он.
Я заключил, что, пожалуй, повел себя не столь учтиво, как собирался, но он не выглядел оскорбленным.
— Тал, Командующий, — ответил я, сообразив, что Кэбот понял, мое желание поговорить с ним и решил не усложнять мне жизнь.
С ним всегда было легко. Такой уж у него был характер.
Затем тарнсмэн протянул мне строительскую трубу.
— Что видишь? — поинтересовался он.
— Немного, — пожал я плечами, — три темных облака, одно по правому борту, два по левому.
Признаюсь честно, мне понравилось то, что он спросил моего мнения.
— Дождь? — уточнил Кэбот.
— Вряд ли, — ответил я. — Под облаками не видно темного занавеса, так что это не дождь. Но облака дождевые, это несомненно.
— Как по-твоему, шторм будет? — спросил он.
— Не думаю, — сказал я, — судя по цвету неба.
Разумеется, это было очевидно.
— Полагаешь, что эти облака — дождевые? — осведомился командующий.
— Конечно, — кивнул я.
— Лорд Нисида сказал мне, что это не облака, — сообщил мне Тэрл.
— Тогда что? — удивился я.
— Например, дым, — пожал он плечами.
— Невозможно, — отмахнулся я. — Что может гореть в море?
— Мне было сказано, что это не дым.
— Тогда, облака, — развел я руками.
— Нет, — не согласился Кэбот, забирая у меня прибор. — Это пепел.
Мне вспомнился налет, появившийся на парусах несколькими днями ранее, пятна на брезенте, похожая на золу темная пыль на палубе, ощущение затрудненного дыхания.
— Пепел выпадал и раньше, — напомнил я.
— И что же могло быть его источником? — осведомился он.
— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Но мне страшно. Вдруг это из Сардара? Что если это свидетельство гнева Царствующих Жрецов.
— До Сардара слишком далеко, — заметил тарнсмэн.
— Верно, — не мог не согласиться я.
— Некое естественное происхождение? — намекнул он.
— Нет, — покачал я головой, — в воде просто нечему гореть.
— Ты слышал название этих вод? — поинтересовался Кэбот.
— Нет, — ответил я.
— Их называют по-разному, — сказал он, — например, Неистовое Море, Море Огня.
— Но море спокойно, — указал я. — Тасса спит.
— Ей ничего не мешает проснуться, — покачал головой Кэбот.
— Я мало что понимаю в том, что происходит, — признался я. — Для чего в натянуты штормовые леера, если море спокойно, почему в такую жару люки должны быть задраены, почему в последнее время выход на палубу закрыт для большей части экипажа?
— Мне, так же как и тебе, очень немногое известно об этих мероприятиях, — развел руками мой собеседник.
— По крайней мере, — проворчал я, — нас больше не преследует флот Лорда Ямады.
Это было ясно из сообщений вахты на бизань-мачте.
— Почему? — бросил Кэбот.
— Откуда мне знать, — буркнул я. — Возможно, они не могут развить нашей скорости.
— Это конечно, — согласился он, — но Ты заметил, что мы поставили едва ли пятую часть наших парусов и движемся далеко не самым полным ходом.
— Верно, — кивнул я.
— Почему? — снова спросил тарнсмэн.
— Не знаю, — честно признался я.
— Мы соблюдаем осторожность, — пояснил Кэбот.
— Почему? — вернул я ему его же вопрос.
— Не знаю, — развел он руками.
— Море спокойное, небо ясное, — повторил я.
— Но при этом вдали появились облака пепла, — сказал мой собеседник.