— Сегодня вечером, под покровом темноты, — сказал Кэбот, — тарны будут перебазированы.
— Но все ценности остаются на борту?
— Разумеется, — кивнул Тэрл.
— Выходит, наше путешествие закончено? — уточнил я.
— Похоже на то, — кивнул Кэбот.
— Мужчины скоро начнут задумываться о другом путешествии, — предупредил я.
— Лорды Окимото и Нисида, хорошо знают об этом, — заверил меня командующий.
Глава 24
Мы на берегу
Наверх, к замку Лорда Темму вела крутая, извилистая, продуваемая ветром, мощеная камнем тропа примерно десять футов шириной, и не меньше пасанга длиной. С обеих сторон ее защищали высокие каменные стены.
На берегу мужчинам было роздано оружие.
Потом появились плохо одетые люди, простолюдины пани, не поднимая голов, шаркавшие мимо нас в сторону причала, у которого вчера вечером отшвартовался наш огромный корабль. Эти новые пани, разительно отличались от хладнокровных, гордых воинов, к которым мы привыкли за время рейса. На причале, под присмотром командовавших там других пани, один за другим, они подходили к куче тюков, коробок и мешков, выгруженных нами на берег с помощью стрелы и грузовых сетей. Носильщики, взвалив себе на спину ношу, либо подвесив на шестах или коромыслах, поворачивались и начинали подъем по тропе. Единственным грузом, который нам разрешили нести самим, было оружие и воинское снаряжение. Похоже, простолюдинам пани было противопоказано касаться таких вещей. Поначалу я взвалил на себя ящик, но одни из пани из команды корабля попросил меня оставить ношу для других. Я заключил, что в его глазах мы были солдатами, а не носильщиками. Вероятно, Лорд Темму пожелал, чтобы всем сразу стало ясно, что прибыли воины, а не чернорабочие. Общество пани, было миром сложных иерархий и рангов, полным правил и формальностей, которые, по крайней мере, мне казались таинственными. Впрочем, для всех человеческих сообществ, основанных на законах природы, характерны ранги, субординация и иерархия, неважно, признанные или нет, я полагаю, что нет такой гореанской касты от высочайшей до самой низкой, которая не расценивала бы себя как равная или тем или иным образом превосходящая все остальные. Где было бы общество без Строителей, Торговцев, Кузнецов, Ткачей, Плотников, Кожевников или Крестьянин, с их большими луками, тех волов, которые подпирают Домашние Камни?
Тропа круто забирала вверх.
Я высадился во второй группе. Нас было примерно две сотни мужчин, спустившихся на причал по сетям и канатам.
Тэрла Кэбота, командующего тарновой кавалерией, как и его людей, с нами не было. Вчера поздно вечером, под покровом темноты, тарны покинули свои насесты и направились в некое скрытое место.
Ни флота Лорда Ямады, ни каких-либо его признаков мы так и не заметили.
Обернувшись, я окинул взглядом большой корабль.
Терсит, еще до входа в бухту настоял, чтобы корабль был пришвартован так, чтобы его нос смотрел в море. Похоже, его решение было встречено с всеобщим одобрением, конечно, я имею в виду среди наших мужчин. Богатства, добытые в Море Вьюнов уже в руках, а вот получат ли они что-нибудь на опасном берегу Конца Мира, это пока под большим вопросом.
Ориентация корабля носом на выход из бухты позволила бы, в случае если флот Лорда Ямады появится на горизонте, обрубить швартовы и прорваться к безопасности открытого моря. Впрочем, это облегчило бы быстрое отплытие в любое время, независимо от возникновения какой-нибудь чрезвычайной ситуации, возможно, ночью, спешно и бесшумно.
В конце концов, разве такой корабль, сам по себе, не являлся искушением и приманкой?
Я задержался на причале пропустив вперед себя отряды, высадившиеся четвертым и пятым.
Что интересно, никому и ничему не было позволено покинуть судно через лацпорты галер, которые, если бы их открыли, могли бы предоставить удобный сход на причал. Люки остались задраенными и почти незаметными на борту. У меня не было никаких сомнений, что они не просто запеты изнутри, но и охраняются солдатами из числа пани. Если их опустить, то в корпусе открывались огромные проходы, быстро и легко захватываемые. Кроме Терсита и Атия, отказавшихся сойти на берег, а также кое-кого их офицеров и горстки моряков, только пани было позволено находиться на борту. Нетрудно предположить, что их роль, сводилась к тому, чтобы предотвратить наше всеобщее возвращение на судно, если не теперь, то позже.