Серемидий, не скрывая раздражения, отвернулся и, опираясь на костыль, похромал прочь.
Много раз, за прошедшие несколько дней, он приставал ко мне с предложением убить для него Терия. Разумеется, я отказывался.
— Я снова поднимусь, — говорил он, — я снова приду к власти. Ты — мой единственный друг. Ты защищаешь меня. Ты спас мне жизнь, и я этого никогда не забуду. Я снова буду в силе, а тебя ждет почет и уважение.
— Но я не собираюсь убивать Терия, ни для тебя, ни для кого бы то ни было еще, — отвечал я.
— Напои его, — предлагал Серемидий. — Подстрой ссору и ударь. Это ведь не так трудно, как может показаться.
— Нет, — всякий раз отказывал я.
Я подумал, что теперь Терий, заключенный в тюремном бараке, представлял куда меньшую опасность, чем пользуясь свободой на территории замка, особенно по ночам.
Опасное это дело, когда тебя боится сам Серемидий, думал я глядя вслед его удаляющейся фигуре. Затем я отвернулся от него.
— Каллий, — окликнул меня Тиртай.
— Благородный Тиртай, — отозвался я.
— Мы тебе очень обязаны, — сказал он. — Если бы не твое своевременное вмешательство на воротах, позволившее выиграть время, неизвестно как пошло бы дело.
— Я так не думаю, — отмахнулся я. — Подозреваю, что мятеж ожидался, и к нему подготовились.
— Из-за предательства Рутилия? — уточнил он.
— Думаю, что это ожидалось вне зависимости от его информации, — сказал я. — Пани далеко не дураки.
— В любом случае — пожал плечами Тиртай, — ясно, что Ты не был связан с дезертирами.
— Это верно, — не мог не согласиться я.
— И об этом не будет забыто, — пообещал он.
— В каком смысле? — напрягся я, уж очень двусмысленно прозвучала его обещание.
— Возможно, я смогу придумать, каким образом вознаградить тебя, — пояснил Тиртай.
— Вы? — удивился я.
— Да, я, — кивнул он.
— Но я не нуждаюсь в каком-либо быть вознаграждении, — сказал я.
— А вот это уже мне решать, — улыбнулся офицер.
— У Вас есть друзья? — осведомился я.
— Разумеется, — подтвердил он.
— Где? — уточнил я.
— В разных местах, — неопределенно ответил Тиртай.
— И они смогут устроить награду для меня?
— Вполне возможно, — кивнул он.
Я припомнил, что за последние несколько дней мне не раз случалось видеть Тиртая в компании с несколькими мужчинами, причем с обитателями разных палуб. Некоторые из них потом оказались среди дезертиров, и теперь находились в заключении в тюремных бараках.
Если бы змея могла бы предстать в образе человека и воина, подумал я, то разве не был бы этот образ похож на Тиртая?
Лично я подозревал, что именно интриги Тиртая стоят за неудачной попыткой дезертирства. Говорить об этом вслух, конечно, не следовало, поскольку он стоял слишком близко к Лорду Окимото.
А в то, что это Серемидий мог спланировать и организовать мятеж я не верил совершенно. Как он правильно указал, немногие восприняли бы его всерьез как лидера, в его теперешнем состоянии. Я предполагал, что скорее он, оставаясь незаметным, поскольку на него едва обращали внимание, мог услышать подозрительные речи, таким образом, натолкнувшись на зреющий заговор. Само собой, он не побрезговал передать полученные сведения пани, особенно если перед этим просил Терия или кого-то еще позволить ему присоединиться к беглецам, но получил отказ. Почему другие должны бежать с Конца Мире, а Серемидию суждено оставаться здесь? Конечно, я нисколько не сомневался, что пани вне зависимости от полученной от Серемидия и Тиртая информации ожидали чего-то похожего и начали готовиться к возможному мятежу заранее. А после бесславного возвращения нашего, отправленного на разведку отряда и с появлением поблизости от замка многочисленной вражеской армии, вероятность выступления возросла многократно. Серемидий же, наверняка, попытался использовать провал бунта, и достаточно обоснованно, на мой взгляд, чтобы подставить Терия, которого он имел все причины опасаться, под гнев пани.
Я, конечно, задавался вопросом были ли у Лорда Окимото подозрения относительно причастности Тиртая к организации мятежа. У меня не было сомнений, что Лорд Окимото, несмотря на его внешность, тучность, взвешенные, где-то даже изящные движения, был человеком очень умным, ничуть не уступая в этом Лорду Нисиде. Я очень сомневался что добиться, а потом и удержать статус дайме на этих странных, воинственных островах было задачей из легких. А еще меня давно интересовало, каков же тогда должен был быть характер их сегуна?