— Бухта была пуста, — добавил косианец. — У него не было повода ожидать, что позже появится «Речной Дракон» и отправится в свое путешествие.
— Мы боялись, что прибудем слишком поздно, — признался Накамура.
— Значит, теперь Ассасины ищут Циния? — уточнил мой товарищ.
— Кинжал нарисован, — подтвердил капитан. — Они начали свои поиски.
— Похоже, — сказал я Каллию, — что тебе больше нечего опасаться.
— Мои люди тоже ищут Циния, — сообщил пани.
— Нисколько не сомневаюсь, что он уже далеко от ворот Брундизиума, — усмехнулся я.
— Он может и не знать, что его разыскивают, — заметил Накамура.
— Зачастую, когда человек узнает что его разыскивает черная каста, — покачал головой Каллий, — бывает слишком поздно.
Мне вспомнились Ассасины несколько ночей назад появившиеся в таверне.
— В любом случае, — сказал ему капитан, — я бы на твоем месте поостерегся продавать свой меч.
— Я понимаю, — кивнул Каллий.
— Прибыль, полученная от такой сделки, — добавил капитан, — может быть значительно перевешена возможной потерей.
— Верно, — согласился косианец.
— Война идет не так хорошо, как хотелось бы, — сказал Накамура. — Важен каждый день. Так что мы должны как можно скорее закончить свои дела здесь.
Он окинул взглядом помещение склада, заставленное столами, заваленными товарами, переполненное толпой, в которой помимо торговцев, хватало и просто зевак. За порядком присматривали несколько стражников. Накамура какое-то время прислушивался к гулу толпы. Торговля шла своим чередом. Люди приходили и уходили. Порой слышались одиночные выкрики. Одни товары укладывались в сумки, другие вынимались. Ящики то открывались, то закрывались. Многие пришли с набитыми кошельками. Торговцев сопровождали носильщики, кто с коробками, кто с мешками, кто с полными, кто с полупустыми. Много сделок заключалось на бумаге, а товары доставлялись прямо на судно, где и производилась оплата звонкой монетой. Склад был огромным, и по моим прикидкам, в нем одновременно находилось не меньше шести — семи сотен человек. Одни приходили, другие уходили. Люди в помещении суетились, торговались, переговаривались. Я подумал, что Деметрион должен быть очень доволен. Не так часто случалась, чтобы заход одного единственного судне сопровождался такой бойкой торговлей, сравнимой разве что с прибытием в Брундизиум целого каравана. В нескольких местах на возвышениях стояли курульные кресла, в которых восседали портовые преторы, в чьи обязанности входило разъяснить Торговый Закон, интерпретировать его, разрешать споры и устанавливать правила. Обычно место преторов было в гавани, непосредственно в доках, но на этот раз их переместили в закрытое помещение, на склад. В толпе мелькали цвета многих каст, но, по понятной причине, преобладали желто-белые, или, как их еще называют, бело-золотые одежды Торговцев. Еще я замелил двоих в желтых туниках Строителей, и нескольких Писцов в одеждах синего цвета, помогавших вести дела Торговцам. Стражники, будучи при исполнении служебных обязанностей, были одеты в красное. Присутствовали здесь и двое Посвященных в своих длиннополых белоснежных одеяниях, с их золотыми чашами в руках, которые они протягивали гостям, рассчитывая получить пожертвования. Обычно они ничего не делают за полученную монету, но иногда все же соглашаются благословить дающего и похвалить его перед Царствующими Жрецами. За достаточную плату они могут оказать много услуг, например, гарантировать успех в бизнесе, политике и любви, и говорят, что этот успех будет неизменными, если только не войдет в противоречие с волей Царствующих Жрецов. На причалах, также за достаточную плату, они иногда продают попутные ветры и ясные небеса, которые, как говорят, также никогда не предадут, за исключением ситуации, когда они не совпадут с желанием Царствующих Жрецов.
Пани, быстро разобравшись, что Посвященные не продают свои золотые чаши, а рассчитывают получить что-нибудь, не предлагая ничего взамен, по крайней мере, ничего осязаемого, просто попросили их постоять в сторонке, и не вставать на дороге и достопочтенных покупателей.
Разумеется, далеко не все гореане носят одежды цветов своей касты в повседневной жизни. Это было скорее атрибутом официальных мероприятий или праздников. Например, многие свободные женщины, да и немало мужчин, заботятся о своей внешности и не хотят ограничивать свои гардеробы столь узкими рамками, каковые рекомендует их каста. Кое-кто из гостей склада пришли уж вовсе в неподдающихся описанию одеждах. В толпе однако попадались мужчины в коричнево-черных одеждах Пекарей, черно-серых Кузнецов, коричневых Крестьян и некоторых других. Я не заметил никого, носившего туники Врачей, что, впрочем, не исключало присутствия в помещении представителей зеленой касты.