— Если это — он, — заметил я, — то, похоже, он преисполнен решимости.
Капитан Накамура немедленно вытянул из-за пояса более длинный из своих клинков и встал в стойку, слегка расставив ноги, сжимая рукоять меча обеими руками.
— Нет, друг мой, — остановил его Каллий. — Позвольте мне поприветствовать его.
Я с тревогой смотрел вслед косианцу, пробиравшемуся сквозь толпу, заполнившую пространство между столами.
Он уже почти не двигался, когда человек, скрывавший фигуру и лицо под плащом цветов Торговцев, наконец, заметил его и сразу же подобрался. Его реакция напоминала реакцию охотника, неожиданно заметившего слина в кустах, или ларла среди скал Волтая, затаившегося в каких-то ярдах от него. Каллий остановился и сдернул с плеча портупею с ножнами, держа их в левой руке. Его меч, обычный гладий, переданный ему «Речном Драконе», уже был в его правой руке. Я вздрогнул, заметив с какой привычной непринужденностью он держит оружие, ни сжимая, как в тисках, но и без небрежной лихости. Каллий сделал еще пару шагов к человеку стоявшему у стены. Они не говорили друг другу ни слова. В них просто не было никакой нужды. Клинок Каллия был похож на продолжение его руки. Наверное, столь же естественно и привычно смотрелись бы выпущенные когти на лапе наносящего удар ларла. Покупатели и продавцы, зеваки и бездельники, носильщики и просто любопытные, собравшиеся в помещении склада, я думаю, даже не заметили того, что проходило среди них, не больше чем деревья или тростник, сгибающийся на ветру, могли бы заметить скользящую среди них молчаливую, терпеливую, гибкую фигуру, полностью погруженную в свою собственную задачу, не имеющую к ним никакого отношения.
— Я так понимаю, что перед нами именно тот, кого мы знаем как Циния, — заключил Накамура.
— Несомненно, — поддержал его я.
— А тебе не кажется, что с его стороны было бы правильнее, вести себя по-другому, ходить среди столов, демонстрировать заинтересованность товаром, между делом высматривая свою цель?
— Рискну предположить, что Вы правы, — признал я.
— Кроме того, — добавил капитан, — я подозреваю, что он преуспел бы гораздо больше, если бы не прятался под капюшоном так откровенно. Он был бы менее приметным, если бы просто держал лицо открытым.
— Вплоть до того момента, когда пришло бы время наносить удар?
— Конечно.
— Будь я на его месте, — покачал я головой, — я бы предпочел сбежать из города.
— То, что он не сделал этого, — сказал Накамура, — весьма показательно.
— В каком смысле? — не понял я.
— Он знает, что не сможет достичь ворот, — пояснил он.
— Не понимаю, — признался я.
— Обрати внимание вон на тех двух парней, что только что вошли, — указал капитан пани. — Они стоят около дверей. В потертой одежде. Их лбы закрыты талмитами.
Такие ленты обычно являются признаком определенного положения. Их носят бригадиры, вожаки рабочих бригад, первые рабыни и так далее, хотя они могут служить и просто для того, чтобы придерживать волосы на месте или для защиты глаз от сбегающего со лба пота. Разумеется, ими можно было прикрыть некую отметку или знак, который мог быть нанесен на лоб. Но вот увидеть сразу двух мужчин в талмитах, учитывая обычное значение этой полосы ткани, можно было не часто. Безусловно, ранги могут быть показаны цветом, символами и чем-нибудь еще.
Косианец остановился шагах в четырех от фигуры в бело-желтом плаще.
Его противник откинул капюшон за спину.
— Тал, Циний, — поприветствовал его Каллий. — Ты можешь уйти. Я не буду тебя преследовать. Давай просто забудем об этом. Иди к воротам. Мы с тобой были в экипаже одного корабля.
Циний сбросил с себя бело-желтый плащ.
Увидев это, мужчины внезапно начали расходиться, стремясь оказаться как можно дальше от этой странной пары. Деревья и тростник, если можно так выразиться, неожиданно для себя заметили то, что могло находиться среди них.
Теперь все увидели и оружие, доселе скрытое под одеждой.
— Давай забудем все, что было между нами, — снова предложил Каллий. — Покинь склад, уходи из города. Ты знаешь, где находятся ворота.
— Благородный Каллий, — улыбнулся Циний, — Ты прекрасно знаешь, что у мне не позволят добраться до ворот.
Сказав это, мужчина поднял его меч, в приветствии, каковое было возвращено ему косианцем.
Окружающие их посетители склада расступились еще дальше. И только двое вновь прибывших парней в талмитах продолжали приближаться к месту событий.
Внезапно Циний с диким криком бросился к косианцу.
То, что случилось потом, произошло слишком быстро, чтобы я смог что-либо понять, не говоря уже о том, чтобы описать. Если, из рассказа Каллия я вынес, что он не очень высоко оценивал свои навыки владения клинком, то теперь у меня не осталось сомнений, что он сильно прибеднялся. Может мой товарищ и не был мастером меча, но сталью он владел превосходно. В то короткое мгновение я понял почему он пользовался славой Первого Копья, и был назначен нести службу в самой Центральной Башне Ара.