Девушка прижималась щекой к ноге своего хозяина, но когда скрипнула дверь, она приподняла голову и посмотрела в мою сторону. Однако взгляд у нее был таким мечтательно туманным, что я усомнился, что она меня вообще увидела.
— Ну что, больно было? — полюбопытствовал я.
— Совсем чуть-чуть, Господин, — ответила Альциноя, и немного сжала и подтянула к себе ноги.
— Не могу сказать, что очень доволен тем, что вижу, — проворчал я.
— Чего? — встрепенулся Каллий, по-видимому, выдернутый из своих мыслей.
— Полагаю, что следующим шагом, — сказал я, — Ты предоставишь ей тунику.
— Полагаю, что да, — кивнул он. — Это следует сделать, чтобы снизить вероятность того, что ее украдут.
— А меня могут украсть? — тут же поинтересовалась Альциноя.
— Конечно, — подтвердил он, — Ты слишком красива.
— О, Господин, — промурлыкала рабыня, целуя его в колено.
— Ну хоть не тунику пани? — уточнил я.
— Конечно, нет, — заверил меня Каллий.
Маленькая рабская туника, ранее вместе с сириком принесенная в комнату Накамурой, скромно лежала в сторонке.
— Надеюсь, Ты, по крайней мере, проследишь, чтобы она в течение ближайших нескольких недель отработала эту тунику, — проворчал я.
Как животное, рабыня не имеет прав на одежду. Если ей разрешено прикрыть наготу, то это должно восприниматься как подарок ее хозяина. Безусловно, большинство рабынь, особенно в общественных местах, ходят в одежде. Свободные женщины в этом случае проявляют свою непреклонность. Единственное, чего они требуют так это, чтобы рабыня была одета, как рабыня. Здесь мы имеем что-то вроде компромисса или договоренности между свободными женщинами и рабовладельцами, а именно, во-первых одежда рабыни должна ясно демонстрировать ее неволю, и во-вторых, рабыня, поскольку она обычно принадлежит мужчине, может быть одета так, как ему это нравится. Обычный результат этого компромисса — рабская туника. Камиск является менее приемлемым с точки зрения свободных женщин, но они готовы с этим примириться на том основании, что рабыня настолько никчемна, что для нее приемлемо носить такое убожество. Если, рабыня служит свободной женщине, вероятно, она будет одета в скромную тунику, тогда как туника рабыни свободного мужчины, скорее всего, будет предельно короткой и откровенной, такой, чтобы другим мужчинам было ясно, что она стоила потраченных на нее денег.
Незнакомец мельком взглянул на рабыню, лежавшую у его правого колена.
— Ты хотела бы тунику? — осведомился он.
— О да, Господин, — улыбнулась девушка, — необыкновенно.
— У тебя, — покачал я головой, — насколько мне известно, даже нет рабской плети.
— Это верно, — подтвердил Каллий.
— Поверьте, Господин, — сказала рабыня, — плеть не понадобится.
— Нет, — отрезал он. — Плеть должна быть.
— Но для чего? — спросила Альциноя.
— Угадай, — усмехнулся мужчина.
— Да, Господин, — вздохнула она. — А что Господин делает?
Каллий меж тем снял с себя ремень, с которого стянул ножны с кинжалом, после чего застегнул пряжку так, чтобы получилось замкнутое кольцо.
— Господин? — не отставала рабыня.
— Сойдет, — хмыкнул он, — пока я не обзаведусь надлежащей плетью.
— Я понимаю, — встревожено сказала девушка.
— А теперь, — добавил он, — думаю, что пришло время начать твою дрессировку.
— Мою дрессировку? — удивленно повторила Альциноя.
— Уверен, Ты знаешь, что рабынь, как многих животных других видов, дрессируют.
Сказав это, он швырнул свой ремень через всю комнату к далекой стене.
— Принеси-ка мне его, — велел Каллий рабыне, — на четвереньках. Не смей касаться его руками. Тащи в зубах.
— Да, Господин, — вздохнула та.
Мне понравилось смотреть, как бывшая Леди Флавия из Ара пересекает комнату на четвереньках, наклоняется, поднимает ремень в зубах, а затем поворачивается и возвращается к своему хозяину с ремнем, свисающим из ее рта.
Мужчина забрал у нее свой ремень и объявил:
— А теперь Ты можешь выказать этому ремню уважение.
— Я не понимаю, — растерялась Альциноя.
— Ну, плети у нас еще нет, — развел он руками. — Так что облизывать и целовать тебе придется этот ремень.
Это было аналогично простой церемонии поцелуя плети, в которой рабыня демонстрирует свою неволю и покорность, признавая и принимая свое подчинение его доминированию, одним из символов которого является плеть. Для подобной цели может подойти веревка, цепь, рабские наручники или любой другой аксессуар.