— Я не такой, как остальные мужчины, — вдруг сказал он. Сергий отодвинулся от нее и убрал руки. — Я воин божий.
Ночной воздух быстро охладил сосок Николь, который оставался твердым, ожидая губ епископа.
Священник подобен солдату в битве, — продолжал Сергий. — Воин не может быть уверен в своей отваге, пока не окажется в ближнем бою с врагом. Так и воин Божий проявляет свое святое бесстрашие только в битве с Диаволом.
Он вновь повернулся к ней, и кровать скрипнула от его движения. Николь чувствовала, как его рука движется к ее телу.
— Я здесь, чтобы дать тебе искупление, — сказал он. — И показать тебе путь к спасению.
Она почувствовала его руку еще до того, как та коснулась кожи. Епископ держал ладонь над ее лоном — как ей показалось, бесконечно долго. Ее тело дрожало от предвкушения. Его температура росла, и вместе с жаром оно обретало необычную энергию — нечто похожее на электричество, явно не человеческой природы, но совершенно точно исходившую из его руки. Кожу начало покалывать. Микроскопические волоски, покрывающие человеческое тело, поднялись, поддаваясь животному магнетизму епископа. И когда его ладонь коснулась ее тела, оно ответило такими сильными сотрясениями, что Николь запрокинула голову назад, широко раскинула ноги и, не в силах контролировать неистовые конвульсии, начала биться о кровать. Ее бедра дикими ударами сотрясали матрас. Ноги вытянулись и напряглись так, что мышцы Пронзила боль. Изо рта вырывались горловые нечеловеческие звуки.
Одно только касание его ладони превратило ее в неистовое, похотливое создание, которое ощущало себя скорее животным, чем женщиной.
Внезапно он убрал руку.
Однако эффект остался. Вся сдержанность, все мысли о скромности и пристойности исчезли из ее сознания. Она, стонала, всхлипывала, выкрикивала его имя и просила еще.
Ни один из ее прошлых мужчин — даже Пол, которого она так нежно любила, и Василий, с которым жила так долго, — не способен был пробудить в ней столь примитивные инстинкты.
Но ей было недостаточно.
Она хотела еще.
Ее тело дрожало, живот болел, разум желал еще. А ведь Сергий ничего не сделал, только коснулся ее.
Она потянулась к епископу, забыв о данном ему обещании. Ей хотелось притянуть его к себе и отдаться ему, хотелось, чтобы этот бородатый священник вошел в нее.
Но Сергий отодвинулся.
— Ты должна сопротивляться мне.
— Но почему? — закричала она.
— Чтобы стать сильнее.
Она протянула руки в темноту, желая коснуться его, но он уже был слишком далеко.
— Ты хочешь, чтобы я умоляла? Этого ты ждешь?
Он был ей нужен — и сверху нее, и внутри нее, чтобы завершить то, что начал. Ни один мужчина никогда не вызывал в ней ничего подобного.
— Прошу тебя, мой епископ, ты нужен мне.
— Нет. Ты меня не получишь.
Она пыталась по голосу определить, где он находится. Похоже, он был в углу. Но когда она, голая, перебежала комнату, он уже исчез оттуда.
— Зачем ты делаешь это со мной? — всхлипывала она. — Зачем мучаешь меня?
Его голос раздался из другой части комнаты, рядом с кроватью.
— Я хочу сделать тебя сильнее перед лицом Христа. Она развернулась и пошла к нему.
— Как ты можешь сейчас говорить о религии? — злобным голосом спросила она. — После того, что ты сделал? Что ты за праведник?
— Я не из тех новых священников, что живут, как им удобнее. В России меня знали как старца, пророка, способного заглядывать в души людей, — его голос эхом отражался в комнате. Он был повсюду и нигде, его местонахождение невозможно было определить. — Я пророк, лекарь, праведник, который был послан на Землю ждать чуда. Оно осветит путь верующим и даст им возможность вернуться в лоно церкви.
— Что ты за священник, если так обращаешься с женщиной?
— Это единственный способ обуздать тебя. Если ты собираешься следовать за мной к возрождению нашей веры, то должна обрести полный контроль над собой.
— Следовать к возрождению? — она решила, что не расслышала. — Почему я должна куда-то за тобой следовать?
— Потому что ты увидела мою силу. Все те мужчины, что брали тебя, были неспособны сопротивляться твоей красоте и делали это только для того, чтобы удовлетворить животные инстинкты. Но моя вера позволяет мне прикасаться к тебе, не поддаваясь им. Ты никогда не встречала такого мужчину, как я. Тебе нужна моя сила, девочка. Нужно то, чему я могу тебя научить.
— Мне ничего от тебя не нужно! — кричала она, Поворачиваясь от одного темного угла к другому и пытаясь определить, откуда исходит голос.