— Абельсон играл здесь в прошлый понедельник? — спросил Клинг.
— Играл. В кости.
— С какого времени и до какого?
— Пришел, кажется, в половине девятого, а ушел сильно за полночь.
— А точнее?
— Часа в два, может, в три.
— И все это время он отсюда не выходил?
— Нет. Он же азартный, как не знаю кто. Выиграл чуть не полтыщи. Когда вы спросили про него, я решил, что вас интересуют кости. Он проторчал тут весь вечер. Слушайте, а может, вы ещё передумаете?
— Кто-нибудь может подтвердить, что он пробыл здесь весь вечер?
— Сто человек.
— Кто именно?
— Спросите там, за четвертым столом. Клинг отправился к четвертому столу.
— Может, мы договоримся? — предложил Финк Карелле. — Я понимаю, что надо быть честным, но не настолько же!
— Буду с вами совершенно откровенным, — сказал Карелла. — Я такой же мошенник, как и все другие полицейские. Но меня ждут барыши покрупнее. Мне некогда размениваться по мелочам.
— Вот оно что! — удовлетворенно произнес Финк. — Сразу бы так и сказали. А то я было заподозрил неладное. Полицейский — и не требует свою долю. Тут что-то не так. Послушайте, почему бы вам не прислать сюда парня, которому бешеные деньги ни к чему? А то очень хлопотно перевопить игру в другое место.
— И правда хлопотно.
— Хорошо, что вы меня понимаете. Надо мной тоже кое-кто есть. Серьезные люди. Подыскали бы мне полицейского без больших амбиций, а?
— Я подумаю, — сказал Карелла. — Но пока никаких игр.
— Спасибо. — Голос Финка звучал вполне искренне. — Огромное вам спасибо.
К будочке подошел Клинг.
— Все совпадает, — сказал он. — Абельсон чист, как стеклышко.
Глава 13
Убийца Анни Бун начал проявлять беспокойство.
Причин для беспокойства у него вроде бы и не было, потому что полиция никак не могла напасть на его след. Но убийца кое-что вспомнил и решил опередить полицию. Он позвонил по телефону. Наверное, это было роковой ошибкой.
Убийца позвонил девочке.
Монике.
Убийца попросил её не говорить об этом разговоре бабушке, но девочка обещания не сдержала, и поэтому вскоре в дом пожаловали детективы Клинг и Карелла.
Девочка сразу же узнала Клинга.
— Приветик, — сказала она. — Вы нашли ее?
— Пока нет, — ответил Клинг. Он был уверен, что девочка ещё ничего не знает о смерти матери. А если и знает, то успела к этому привыкнуть. — Моника, это детектив Карелла.
— Здравствуйте, — сказала Моника.
— Надеюсь, вы помните, что перед вами ребенок, — заметила миссис Травайл. — Девочку нельзя травмировать.
— Мы только хотим задать ей несколько вопросов, миссис Травайл, — пояснил Клинг. — Вместе с детективом Кареллой.
— Хорошо, — согласилась миссис Травайл и кивнула Карелле. — Вы разрешите мне присутствовать?
— Разумеется, — сказал Карелла и улыбнулся миссис Травайл. Клинг заметил, что и она, в свою очередь, ответила приветливой улыбкой. Почему это, ревниво подумал Клинг, женщины всегда так тепло отвечают на улыбку Кареллы? Его несколько утешило, что он, по крайней мере, пользуется расположением Моники.
— Насколько мы могли понять, миссис Травайл, девочка сегодня утром говорила по телефону, верно? — спросил Клинг.
— Да. Так она мне сказала.
— Мне позвонили, — подтвердила Моника.
— Я в этом нисколько не сомневаюсь, милая, — сказала ей миссис Травайл и обернулась к детективам: — Просто Моника может и напутать.
— Что значит напутать? — спросила Моника.
— Ты говорила утром по телефону? — улыбаясь, спросил её Клинг.
— Говорила.
— А когда это было?
— Не знаю.
— Она ещё не умеет определять время, — вмешалась миссис Травайл. — Это было сегодня утром. Я оставила её дома, потому что она чихала. Кроме того… я не очень-то доверяю её папаше.
— П-а-п-а-ш-е, — произнесла по буквам Моника.
— После всего, что случилось, с него вполне станет забрать её силком. Пусть лучше сидит дома.
— Тот, кто звонил, знал, что девочка дома?
— Понятия не имею, — сказала миссис Травайл.
— Тот, кто звонил, хотел поговорить именно с тобой, Моника? — задал вопрос Клинг.
— Да, я услышала: «Это Моника Бун?» — и ответила: «Да, это Моника Бун». И мы начали разговаривать.
— А где была в это время бабушка? — спросил Карелла.
— Ходила в магазин, — откликнулась миссис Травайл.
— А кто звонил, мужчина или женщина? — спросил Клинг.
— Не знаю, — сказала Моника.
— Но ты говорила по телефону?