Детективы выглядели уставшими. Одного звали Карелла, другого — Клинг. Карелла был дружелюбен, как кобра. Клинг был не старше Элвиса Пресли. Детективы и Кордис уселись за столом администратора. Все это было крайне неприятно. Неприятно и унизительно. Кордис, не укравший в жизни и десяти центов, чувствовал себя изобличенным преступником. С ним часто случалось такое. Он чувствовал себя кругом виноватым, даже если пропадала скрепка, которую он в глаза не видел.
Такой уж это был человек. Его выводили из равновесия совершеннейшие пустяки.
— Мистер Кордис, — начал Карелла, — насколько мы знаем, вы были знакомы с Анни Бун.
— Да, — сказал Кордис. — Я был с ней знаком. Неужели они считают, что я её убил, пронеслось у него в голове. Разве одного взгляда на него не достаточно, чтобы понять, что он не способен на злодейство? Разве убийцы носят очки?
— Когда вы встречались с ней в последний раз?
— Примерно месяц тому назад. Да, месяц. Вы не меня подозреваете в убийстве?
— Мы просто задаем вопросы, мистер Кордис, — сказал Карелла. — Обычные вопросы.
Он не улыбался. Он выглядел как настоящая змея. Самый отвратительный тип из всех, кого Кордис встречал когда-либо. Интересно, женат ли он, подумал Кордис, и если женат, то какая извращенная психика должна быть у женщины, которая выбрала в мужья такого негодяя!
— Где вы виделись с Анни в последний раз? — спросил Клинг.
— Мы вместе ходили на балет, — сказал Кордис. — Смотрели «Лебединое озеро»…
— Где?
— В нашем культурном центре.
— Понравилось?
— Очень.
— Она была тихой скромной девушкой, так, мистер Кордис?
— Очень интеллигентной.
— Вы когда-нибудь видели, как она играет в бильярд? — спросил Карелла.
— Простите?
— В бильярд.
— Мне так и послышалось… Это в каком смысле? Чтобы Анни Бун…
— Именно. Анни Бун.
— Играла в бильярд? Думаю, что это исключено. Не могу себе даже представить такое.
— Вам известно, мистер Кордис, что она была в разводе?
— Да.
— Вы когда-нибудь видели её дочь?
— Монику? Да.
— Говорили с ней по телефону?
— С кем? С Моникой?
— Да.
— Вроде говорил. Раз или два. А что?
— Вы не говорили с ней на днях?
— Нет, нет. С тех пор, как мы виделись с Анни последний раз, я с Моникой не говорил.
— Где вы были, мистер Кордис, в тот вечер, когда убили Анни Бун?
— Если я не ошибаюсь, это случилось десятого июня, в понедельник, — сказал Кордис. — Да, именно десятого. На следующее утро я прочитал об этом в газете. Это ужасно. Очень тихая, скромная девушка и на удивление интеллигентная. Таких теперь почти не встретишь. Она много читала — Драйзера, Тек-керея, Бальзака, Достоевского. Обожала книги. На Рождество я подарил ей «Притчу».
— Какую такую притчу?
— Это роман Фолкнера, «Притча», — пояснил Кордис.
— Ей понравилось?
— Не сомневаюсь, что понравилось. Очаровательная девушка, замечательная, просто замечательная. По отношению к ней у меня были самые серьезные намерения.
— Но вы не виделись с ней около месяца, верно?
— Да. Совершенно верно. Именно поэтому я до поры до времени и перестал с ней встречаться. Из-за того, что стал относиться к ней самым серьезным образом.
— Вот как?
— У вас, наверное, возникли сомнения, джентльмены? Знакомлюсь с очаровательной девушкой, потом перестаю с ней встречаться, а потом её находят убитой…
— Вы так и не сказали, где были вечером десятого июня, — напомнил Карелла.
— Вы считаете, что я убил ее?
— Просто нам хотелось бы знать, где вы тогда были, мистер Кордис.
— Я был дома.
— Один?
— Нет.
— С кем?
— С матерью.
— Вы живете с ней вместе?
— Да.
— Значит, в тот вечер вы были дома вдвоем?
— Нет. Еще зашла соседка. Мы играли в джин. Моя мать обожает карты.
— Анни тоже любила играть в карты?
— Не знаю. Я её об этом никогда не спрашивал.
— Вы были с ней близки, мистер Кордис?
— В каком смысле?
— В самом, так сказать…
— А! Нет, нет… Почему это вас интересует?
— Нам просто хотелось бы знать.
— Нет, нет. Мы целовались несколько раз. Да, целовались. Она была не из таких… Позволить себе с ней какие-нибудь вольности? Трудно представить.