- Нет.
- Поэтому ты им ничего не говорил?
- И не буду говорить, - мрачно ответил Маркус, закуривая сигарету. – Мы с тобой ходим по очень хрупкому льду, Лара. С одной стороны – чокнутая семейка Браунов, а с другой – сумасшедший сыщик. Балансируя на лезвии важно не упасть ни к тому, ни к другому. Но надо сделать так, чтобы они покусали друг друга, а мы остались чистыми. И не повторили судьбу Смити и других. Понимаешь?
- Конечно. Я же не дура!
- Нет, милая. Ты очень умная и боевая девушка, - прыснул Маркус, когда Лара погрозила ему кулаком. Чуть погодя он вновь стал серьезен. – Боюсь, что в этот раз я пойду на дело без тебя.
- Чего? Я не ослышалась?!
- Нет. Не ослышалась. Слишком опасно. Даже если меня схватят, ты не будешь представлять для Алонсо никакой ценности.
- Маркус. Ты ебанутый?
- Я благоразумный, Лара. И я пойду один. Без тебя, без Мина, без Эла, без Хуана, без Олега и без тупорылого Единорога. Это мое решение. Но для тебя у меня будет задание.
- Какое? – мрачно спросила Лара, решив устроить Маркусу взбучку чуть позже.
- Присмотрись к нашим друзьям. Меня интересуют все отклонения в их поведении. Если Мин любит играть в видеоигры, я хочу это знать. Если Эл с кем-то часами треплется по телефону, я хочу знать с кем. Если Ди Эй мастурбирует на голландских старушек, я хочу знать.
- Блядь, Маркус. Надеюсь, что про Единорога ты пошутил. Я же ему череп расшибу, если это так.
- Скажем так, немного преувеличил, - усмехнулся Маркус, а затем встал с лежака, когда увидел, что во двор заезжает роскошный лимузин. Совсем как тот, что ждал их возле убежища. Лимузин Кровавого Ала. Мужчина мрачно улыбнулся и, помахав подруге рукой, направился в сторону дома.
- Ох, Маркус. Чипиздик ты эдакий, - буркнула Лара, ныряя в прохладную воду бассейна.
В кабинете Эла младшего сидел его отец, чьи глаза превратились в две черные щелочки, стоило Маркусу войти внутрь помещения и усесться на плетеный стул в центре. В кабинете повисла напряженная тишина. Такая тишина бывает, когда готовится нечто серьезное, чему не положено нарушать царящее безмолвие. Молчал Кровавый Ал, сплетя сухие пальцы, молчал его сын, предпочитая тихо покуривать сигару в уголке, молчал и Маркус, сидящий напротив стола с ехидной ухмылкой на остром лице.
- Молчание затянулось, Маркус, - прошелестел, наконец, Алонсо, откинувшись в кожаном кресле. – Ты хотел меня видеть? Вот он я. Здесь, перед тобой.
- Поправочка. Я не хотел вас видеть. Я сообщил вашему сыну, что намереваюсь сам провести ограбление дома директора Алмазного фонда России, - покачал головой Маркус.
- Тем самым ты поставил под сомнение мои приказы, чертов Лис. Я дал ясно понять, что операции выполняются командой.
- Значит, я был прав.
- Прав в чем?
- Кто-то докладывает вам помимо Эла, да?
- Умный мальчик. Даже обезьяна догадалась бы. Неужели ты думаешь, что я оставлю такое сборище идиотов без контроля?
- И кто он? Ваш шпион в стане неприятелей?
- Не ерничай, Лис. Когда я говорил, что у меня стальные нервы, я не врал. Но ты постоянно стремишься проверить их на прочность. Мне начать с твоей девчонки или с тебя?
- Начните с себя, - грубо бросил Маркус, отбрасывая ехидную маску.
- Вот где у тебя болит, мальчик. Ну что же. Я, как ты выразился, был прав. Впрочем, и обезьяна бы догадалась.
- Любите обезьян?
- Очень. Могу познакомить тебя с парочкой откормленных самцов, которые огуляют твою жопу своими хуями.
- Предпочту хранить анальную невинность, - махнул рукой Маркус, заставив старого бандита колко рассмеяться.
- Радует меня твоя дерзость, сынок. А теперь просвети меня, почему ты один должен идти на дело?
- Эл вам не сказал?
- Сказал. Я хочу услышать это от тебя.
- Тогда все просто, - ответил Маркус, доставая из кармана сигареты. – Ни Мин, ни Хуан не смогут открыть дверь в хранилище, где хранится «Шах». Остается скрытная операция, буквально под носом у охраны. Дверь можно открыть только с помощью отпечатка пальца директора фонда. Одного отпечатка пальца. Какого именно – неизвестно. Это вторая сложность. Третье. Нам в затылок дышит Сирил Вилар.
- Вилар?! – переспросил Браун старший. – Уверен?
- Более чем. Эл сам его видел. Или его информатор, который следит за нами. Он был в доме Тухлого Жида, когда ваши ребятки вынесли его довольно безобразно и по-детски. Он был и в доме де Латра, после того, как там побывали мы. Даже ты, старый мафиози, не можешь его недооценивать.
- Вилар. Дерзкий выскочка. Я пытался его купить, пытался убить, но он раз за разом избегал засад. Я даже минировал его квартиру, но он, каким-то чудом, нашел растяжку и снял ее. И, словно насмехаясь, уселся пить чай на балконе. А сейчас никто не знает, где он может появиться. Говорят, что Вилар ночует в штаб-квартире Скотланд-Ярда, а потом мчится на места преступлений. Я знаю, кто это. И знаю, что ты тоже о нем наслышан.
- Более чем, мистер Браун. Дважды он меня почти поймал. И мне лишь чудом удалось уйти. Впрочем, уверен, что вас мое прошлое мало заботит.
- Ты прав. Я и так много чего знаю о твоем прошлом, - усмехнулся старик. – Значит, ты просишь разрешения пойти на дело в одиночку?
- Не прошу, а констатирую факт. Это разные вещи, мистер Браун. Если вы хотите «Шах» в свою коллекцию, то выполните мое желание, а если нет, то либо давайте нам другое задание, либо отпускайте на волю, ибо находиться в вашем милом обществе противно даже мне.
- Гордость, мальчик. В тебе говорит гордость. Ты думаешь, будто унизил старика, но ты не знаешь, что гордость можно сломать. Обломком ржавой трубы, с которого еще сочится канализационная гниль. Или хрустом ломаемой кости того, кто тебе дорог. Любую гордость можно сломать, Лис. Помни об этом.
- Запомню,- серьезно кивнул Маркус, жадно затягиваясь сигаретой. – Ваше решение, мистер Браун?
- Добро, Маркус. Ты пойдешь один, но Эл и Ди Эй отправятся с тобой. Нигер будет ждать на машине, а мой сын будет наблюдать за тобой, чтобы ты не наделал глупостей. Помни, мальчик. Я могу сломать любую гордость. Не заставляй меня делать этого.
- Договорились.
- Самолет вылетает послезавтра. Если тебе что-то нужно, скажи об этом Элу, - прошелестел старик и, махнув рукой, дал Маркусу знак покинуть кабинет. Уходя, мужчина услышал краем уха, обрывок фразы, произнесенной сыном кровавого Ала. Он лишь усмехнулся и, коротко кашлянув, вышел в двери.
Москва, Россия. Два дня спустя.
Резиденция директора Алмазного фонда. 15:02.
Настойчивый стук в дверь прервал обед повара, который только присел на кособокий табурет и, с наслаждением вытянув ноги, орудовал вилкой в большой тарелке со свежим салатом. Вздохнув, он поднялся и, подойдя к двери, нажал на неприметную кнопку слева. Монитор, висящий над кнопкой, тут же загорелся синим, и показал того, кто стоял за дверью.
Это был курьер продуктового магазина, который постоянно доставлял свежие продукты для Сергея Алексеевича Варина, директора Алмазного фонда России. Курьеры часто менялись, но их вид был всегда одинаков. Белая куртка с логотипом торговой сети, белая вязаная шапочка и черные штаны, превращавшие курьеров в диковинных пингвинов. Этот был не исключением, разве что немного постарше тех мальчишек, которых привык видеть повар, с дурацкими усиками и серыми глазами, один из которых косил внутрь.
- Доставка, - с акцентом произнес курьер, когда повар открыл дверь черного входа, ведущего на кухню.
- Вижу. Нерусский что ли? - спросил он. Мужчина, аккуратно поправив белую шапочку, неловко улыбнулся и кивнул.
- Доставка, - еще раз повторил он, протягивая повару чек. Тот, взяв бумажку в руки, несколько минут изучал ее, а затем отошел в сторонку.
- Заноси. Чего смотришь? Я что ли должен тяжести таскать? Давай, давай. Понаберут по объявлениям, - пробурчал он, пропуская мужчину с пакетами. – Пакет с продуктами сюда, а алкоголь передай охране. Слева дверь.