Зубатов неплохо изучил марксистскую теорию, чем успешно пользовался при беседах с арестованными революционерами. Используя метод убеждения - не одного из них, он уговорил сотрудничать с властями.
Последний его разговор с министром не задался. Выходя из приёмной, он так хлопнул дверью, что чуть не вылетели стёкла. Взбешённый Плеве приказал Зубатову сдать дела и покинуть столицу. В Москве за Сергеем Васильевичем было установлено наружное наблюдение, ему было запрещено появляться в присутственных местах и встречаться с бывшими сотрудниками. Вскоре он был выслан во Владимир, где находился под надзором полиции. В 1910 году Зубатов вернулся в Москву и поселился в Замоскворечье. Отойдя от политики, жил обычной частной жизнью, писал мемуары. В марте 1917, после известия об отречения царя, а затем его брата, он, узнав об этом, вышел в соседнюю комнату и застрелился.
Эх, не о тех писал Маяковский: «Гвозди бы делать из этих людей. Не было б крепче в мире гвоздей».
Получить в соратники такого человека, было бы весьма не плохо для моих планов. Но сейчас он под контролем полицейского ведомства. Нужна «сильная рука», чтобы ему разрешили вернуться в Москву, а у меня пока нет таких связей. Хотя, наверное, не надо так гнать лошадей. Учитывая, что ещё не закончилась вторая неделя моего пребывания в старой столице империи.
Итак, подведём итоги. Что, мне известно в настоящий момент про властные структуры Москвы?
Генерал-губернатор Сергей Константинович Гершельман. Боевой генерал, сторонник жёстких мер. При нём в городе навели порядок, прижали социалистов, количество стачек значительно сократилось. Вскоре будет переведён в Виленский военный округ, умрёт в следующем году. Можно смело его вычёркивать, идти на контакт не вижу смысла.
Губернатор, позже и генерал-губернатор – Джунковский Владимир Фёдорович. Человек деятельный, просвещённых взглядов, отличный администратор. Личность неординарная: боролся с алкоголизмом, открывал больницы и даже совершил полет на самолете. Идеальный вариант для сотрудничества. Покровительствует людям искусства, в контакт можно войти через концертную деятельность.
Московское губернское жандармское управление – начальник Черкасов Владимир Александрович. Генерал-лейтенант, 56 лет. Послужной список неплох, но на исходе карьеры службу подзапустил. Уволен от должности "с мундиром и пенсией" по итогам работы инспекции Особого отдела департамента полиции в 1910-1912 годах, обнаружившей недостаточный профессионализм, злоупотребления служебным положением, бездеятельность офицеров и чиновников управления. Вряд ли «заинтересуется» моими идеями. Хотя, наверняка в штате хватает деятельных офицеров, жаждущих сделать карьеру или просто неравнодушных к судьбе Отечества.
Московское охранное отделение – начальник фот Коттен Михаил Фридрихович. Подполковник, настоящий профессионал, человек на своём месте. Лично руководил действиями летучего отряда и участвовал в задержаниях политических и уголовных преступников. Вообще, московское отделение охранки в это время лучшее в стране, сказывается наличие старых кадров, подготовленных ещё Зубатовым. Контакт надо налаживать однозначно. Есть мысли, как сделать это грамотно и красиво. Ура «послезнанию» истории!
Аркадий Францевич Кошко – начальник Московской сыскной полиции, надворный советник. Тут, всё понятно, уже познакомились. Человек чести, прямой и решительный. В каждом московском полицейском участке у него дежурил специальный сотрудник для контроля местных чинов. Так Аркадий Францевич, боролся со взятками и коррупцией. В случае нужды, для проведения облав и силовых акций, он в считанные часы мог собрать больше тысячи сотрудников полиции и вспомогательных ведомств.
Московский градоначальник - Александр Александрович Андрианов, до назначения военный судья в Петербурге. Ничем особым себя не проявил, более того в 1916 привлечён к ответственности за бездействие и превышение полномочий. Информации мало, будем смотреть по ситуации.
В общем, есть над, чем работать. Следует учитывать, что опыт контакта властей с рабочими в Москве был наработан внушительный. И его нельзя назвать негативным. Кто знает, чтобы вышло, если бы не давление сверху и не происки социалистов для развала этого нетипичного союза. Также обнадёживало то, что московские власти в конфликтах с предпринимателями и рабочими, выступали на стороне последних. По крайней мере, Джунковский, фон Коттен и Кошко – люди честные и принципиальные, для них по любому важнее порядок и спокойствие в городе, чем меркантильные интересы толстосумов и нуворишей.