Антон винил себя за то, что поторопился, что не сдержался. Теперь Танюша будет бегать от него, как от прокажённого, скрываться и повторять самой себе это убогое: «Это не правильно».
«Правильно, любовь моя. Всё было до чёртиков правильно. Как жаль, что ты это так и не поняла», — думал молодой человек со смесью злости и тупого отчаяния.
Он понимал, что придётся действовать жёстко и стремительно. Придётся пробиваться сквозь стену холода, которую выстроила Таня всего за несколько часов, что они не виделись. Она накрутила себя, загрузилась, может быть, даже ощущает вину. Глупышка!
— Антон, там проблемный клиент, — негромко произнесла официантка Галя, заглядывая в курилку. Она опасливо смотрела на администратора, словно боясь, что тот окончательно озвереет и сорвёт на ней злость.
— Иду, — ответил Антон, сморгнув.
Встав, парень направился в зал.
Приятный негромкий джаз, синие стены, элегантные дубовые столы с вазочками, в которых благоухают свежие розовые розы — ресторан, в котором работал Антон, не был столовской забегаловкой.
— Добрый день. Я администратор ресторана, меня зовут Антон. Слушаю вас, — вежливо произнёс Серов, останавливаясь рядом со столом, за которым сидели мужчина и женщина средних лет.
— Мне принесли мясо с кровью, я не заказывал кровь! — недовольно рявкнул человек в деловом костюме и с внушительным животом. Он ткнул вилкой в кусок говядины, лежащий на тарелке в окружении долек томатов и огурцов.
— Приношу свои извинения от лица ресторана, — чуть улыбнулся Серов, но его глаза оставались холодными и злыми, ибо мыслями он был далёк от этого типа и его претензий. — Видимо, повар не так понял заказ или же тот был некорректно передан. В качестве компенсации предлагаю вам любой алкоголь за счёт нашего заведения.
— Любой? — подозрительно спросил мужчина, но его лицо смягчилось.
— Любой, — чуть кивнул Антон.
— Ну хорошо, — он потянулся к винной карте. — И скажите им там, чтобы мясо нормальное сделали. Прожаренное…
— Конечно.
Антон остался ожидать, когда гость выберет подарочный алкоголь, думая только о Тане и о том, какой будет их встреча.
***
Когда в дверь позвонили, Татьяна сидела на кухне и караулила сливовый пирог, который томился в духовке. Готовила она неплохо, но после расставания с Виктором заниматься этим совершенно не хотелось. Женщина потягивала вишнёвый сок из квадратного стакана и напрягалась от каждого звука, доносящегося из подъезда. Таня боялась встречи с Антоном, но понимала, что она неизбежна. И когда кто-то позвонил в дверь, она невольно вздрогнула, но тут же расслабилась: у пасынка были ключи, он не стал бы трезвонить.
Женщина встала и направилась в коридор. Пришедшим оказался Виктор. Это очень удивило Таню.
— Ты почему звонишь? У тебя же были ключи, — сказала она вместо приветствия.
— Были и есть, но я решил, что должен проявить вежливость, — чуть ухмыльнулся мужчина, проходя в квартиру.
Пока он снимал полупальто и дорогие ботинки из коричневой кожи, Таня испытывала какие-то смутные чувства, среди которых точно было волнение. Мелькнула даже мысль рассказать мужу о случившемся, но женщина тут же прогнала её. Нет, никогда. Как приучить себя к тому, что она теперь свободна, и вольна делать всё, что вздумается, и это не будет считаться предательством того, кто уже предал?
— Пахнет вкусно. Готовишь? — улыбнулся Виктор, скользя взглядом по супруге. — Шикарно выглядишь. Но что с лицом?
— Пустяки, поцарапалась о ветки, — нехотя ответила Таня и пошла на кухню. — Сейчас будет пирог. Почти готов.
— Здорово. Я вовремя.
Доставая блюдо из духовки, Татьяна ощущала нарастающую тревогу. Она слышала, как мужчина включил воду в ванной, видимо, начав мыть руки. Разговор неизбежен. И это пугало больше всего.
10
Кухня померкла, стала ещё темнее. Таня не заметила, как руки Антона пришли в движение, начали чувственно оглаживать её спину, а горячие губы — касаться мокрого лица, по которому стекали солёные слёзы. Где-то на периферии сознания мелькнула мысль: «Это неправильно! Нет!», но Серова была не в том состоянии, чтобы бороться даже с самой собой. Она размякла, позволяя парню делать всё, что он захочет.